Книга Осколки первой любви. Его наваждение, страница 23 – Лена Бонд

Как только заканчиваются часы утреннего приема посетителей, прощаюсь с мамой, крепко обнимая ее хрупкие плечи, обещаю приехать вечером и привезти ей фрукты и гранатовый сок. Тот, что она попросила купить, с трудом написав слова в блокноте плохо работающей рукой. Выходя из больницы, чувствую, как на меня наваливается неподъемная тяжесть ответственности. Мне нужно найти квартиру, работу, организовать лечение мамы. И все это в городе, в который я надеялась больше никогда не возвращаться. Но выбора нет, я должна принять свою новую реальность и отложить амбициозные планы в столице. Я нужна здесь, нужна маме больше, чем когда-либо, и сделаю все возможное и невозможное, чтобы поставить ее на ноги.

Пока спускаюсь по ступеням, звоню Кириллу, чтобы рассказать все, что узнала сегодня. Поддержка близкого человека мне сейчас нужна как воздух.

— Привет, солнышко, – отвечает Кир после третьего гудка. Его голос еще сонный, что неудивительно, ведь с Москве всего семь утра. – Как ты? Как мама?

Я делаю глубокий вдох, но все равно голос предательски дрожит, выдавая мою уязвимость.

— Дела не очень, Кир. Реабилитация может занять месяцы. Врач сказал, один курс стоит сто тысяч, и это только начало. Мне придется искать работу здесь.

Пауза. Я почти вижу, как Кирилл хмурится, обдумывая ситуацию.

— Ты спрашивала насчет того, чтобы перевезти ее в Москву?

— Спрашивала. Там расценки минимум в два раза выше. Про жилье я вообще молчу. Я просто не потяну. Мне в любом случае надо будет работать, а с мамой кто будет сидеть, кто будет возить ее на процедуры? Здесь все равно все проще и ближе, так что я остаюсь здесь, Кир…

— Наверно, ты права… Надеюсь, мама поправится как можно быстрее. Да и там у тебя брат есть, он поможет с мамой, – говорит он, а я молчу, потому что не жду никакой помощи от Стаса. – Я приеду, как только смогу. У меня же отпуск через месяц, ну вместо моря приеду к тебе на две недели. Хорошо? Ты продержишься месяц одна, Ань?

— Я справлюсь, все будет нормально. Найду работу, сниму квартиру. Просто… просто мне безумно страшно, Кир. Страшно, что она никогда полностью не поправится, что я не справлюсь, что все рухнет…

— Не говори так. Все будет хорошо. Ты там, с ней, я всегда поддержу тебя. Помогу деньгами, как смогу. Твоя мама еще будет зажигать на нашей свадьбе, вот увидишь.

Я даже не злюсь на Кирилла за то, что в такой тяжелый момент он снова заговорил о свадьбе. Наоборот, яркая картина того, как мама кружится в танце на нашем празднике, вселяет в меня надежду и дает силы верить, что так все и будет.

Мы говорим еще минут пятнадцать. Кирилл с энтузиазмом рассказывает о работе, о том, что отвезет родителям мои вещи на выходных. Говорит, как сильно скучает по мне. Я слушаю его бархатный голос и чувствую, как смертельное напряжение постепенно отпускает меня, словно разжимая стальные тиски. Почему-то в этот момент я абсолютно уверена, что все будет хорошо, что мы справимся с любыми испытаниями. Но для этого мне нужно действовать прямо сейчас, не теряя ни минуты драгоценного времени.

* * *

Риелторское агентство «Новый дом» встречает меня волной прохладного кондиционированного воздуха и манящим ароматом свежесваренного кофе, который на мгновение отвлекает от тревожных мыслей. Девушка за стойкой одаривает меня лучезарной улыбкой, словно мы старые знакомые.