Книга Здрасте, я — ваше счастье, страница 57 – Наталья Юнина

— У вас рука лишняя, Кирилл Владимирович?

— Нет.

— Мне кажется, да.

— Проверяю, насколько стрессоустойчива моя помощница. И сможешь ли ты хорошо исполнить роль моей будущей супруги.

— Зачем вы это сказали? — накрываю его руку своей.

— Разумеется, чтобы провести с тобой выходные, скинуть тебя с какой-нибудь горочки и закопать под толщей снега. Безутешный жених, скорбящий от потери невесты и как бонус — земля от Александра, — шепчет мне на ухо. — Да ладно, расслабься. Убью я тебя только, если посмеешь с ним связаться.

— Вы о чем?

— О том, что мы обсуждали, белочка моя. Сверну твою прекрасную шею. Ну сначала трахну, разумеется.

— По голове?

— Разумеется, нет. Оскверню Матильду.

Головой понимаю, что он меня провоцирует и только ждет, что я поведу себя как истеричка. И я терплю. Даже когда он проводит носом по моей щеке. Бить на людях своего начальника — так себе идея. Я потом отомщу, когда свяжусь с Игнатом. Выкусишь ты у меня.

В момент, когда этот гад проводит пальцем по моей ключице, я то ли слишком глубоко вдыхаю, то ли действительно платье не по размеру. Верхняя пуговица решает распрощаться с платьем.

— А вас, сиськи, я попрошу остаться. Ну что, наелась?

— Можно мне домой?

— Нужно.

— Ну, тогда я пошла?

— Куда? Вместе пришли, вместе ушли. Как же я могу не подвезти свою невесту до ее квартиры в целости и сохранности?

— Можно я сама?

— Не можно.

Зачем я отпустил эту бестолочь в туалет? Особенно тогда, когда ее сиськи стали еще сильнее выглядывать из этого блядского платья? Ладно, вру. Платье сидит на ней идеально, ничуть не вульгарно, несмотря на грудь. Но сам факт, что ослушалась меня и намеренно надела не то, что я ей сказал, неимоверно злит. Еще и макияж этот. Глазища, в которых я и так мог с легкостью потонуть, теперь затягивают весь зал. Даже тех, у кого со зрением беда. Даже баб. У этих пригорает не от похоти, так от зависти.

Почему на нее клюнул Тюрин, вопросов не возникает. Проблема в том, что он на нее реально запал. Дыру в ней продырявил, пока мы сидели за столиком. И мысленно уже оттрахал во всех позах. А я, идиот, еще больше подлил масла в огонь, ибо запретный плод всегда сладок. Невеста, твою мать. Если до этого он ее просто хотел, то после того, как мой язык не подружился с мозгом и ляпнул про свадьбу, он точно от нее не отлипнет.

И сейчас моя фантазия подкидывает мне картинки того, как этот мудак зажимает Катю в каком-нибудь уголочке, а эта дурочка то ли назло мне, то ли действительно отбитая на голову, поведется, веря в слова гадалки. Уму непостижимо, что в эту херню может кто-то поверить. А если бы я ей сказал, что меня зовут Игнат, эта бестолочь воспылала ко мне любовью?

Спустя пару минут я все же бросаю бесплодные попытки утихомирить разбушевавшуюся фантазию и иду к уборным. Но дойти до женского туалета не успеваю. Катя выходит из мужского. По башке как будто прилетело кувалдой, когда я понимаю, что оттуда следом выходит Игнат.

— Ты потерялась? — на удивление, спокойно произношу я, подхватывая Катю под локоть.

— Всего лишь снова перепутала «м» и «ж». Все время думаю, что треугольничек острым углом вниз это девочка.

Я когда-нибудь научусь понимать, разводит ли она меня или нет? Впрочем, это сейчас вообще не главное. Важен сам по себе факт, что мои фантазии вполне себе имеют место быть. Сколько ее не было? Минут шесть? Или больше? Как бы я себя ни убеждал в порочности ее натуры, Катя не шлюха, чтобы давать почти незнакомому мужику в туалете.