Книга Здрасте, я — ваше счастье, страница 100 – Наталья Юнина

— Давай переведем на русский. Ты просто переживаешь о тюфяке-потаскуне? — язык отсохнет сказать «да», после его «пошла к черту».

— Ты придурок, не меньше, чем я дура.

— Видимо, это было «да».

Кирилл захлопывает мою дверь, и я облегченно выдыхаю, когда он отрывает дверь со своей стороны и снимает пальто. Но когда он достает ключи, до меня доходит, что я рано обрадовалась. Он захлопывает дверь и закрывает машину. Отлично, и этот запер!

Хоть бы ему не открыл этот с виду идеальный козел. Фиг там. Открывает. Зажмуриваю глаза, не желая видеть, как моего Кирилла вырубят. Моего? Серьезно? Открываю глаза и…ничего. Порог пустой.

Просто капец! А если Игнат и вправду там его убьет? В голове сотни мыслей. И все они киношные с отвратительным концом. Не знаю сколько я так сижу, вспоминая дурацкую привычку с детства — грызть ногти. По ощущениям, кажется, не долго, но этого оказывается достаточно для того, чтобы замерзнуть и оттяпать зубами один ноготь до крови. Чего я добилась этой поездкой? Кому и что хотела доказать? Закрываю глаза и принимаюсь считать до ста. На двадцать один, слышу щелчок открываемой двери. С опаской перевожу взгляд. Кирилл бросает мне под ноги мои сапоги и куртку на колени. Закрывает дверь и кидает на заднее сиденье мою сумку. Господи, спасибо. Живой. С руками и ногами. Быстро надеваю куртку, желая согреться.

Он отъезжает, не говоря ни слова. И это, мягко говоря, напрягает. Спустя несколько минут, я все же перевожу на него взгляд. При плохом освящении все же замечаю на правой руке сбиты костяшки. На скуле еще не синяк, но точно будет. Неприятно кольнуло в груди. Ну зачем? Зачем было идти? Хуже всего, что он молчит. И такое чувство, что на этом действительно все. А я не хочу, чтобы наши пути разошлись. Даже после его «пошла к черту» и бабы в кабинете. Я могу сказать вслух что угодно, чтобы его уколоть в отместку, но в реале ведь не хочу. Капец. Плакать мне еще только не хватало при нем. Снова.

— С появлением тебя, я превратился в подростковое нечто, — вдруг произносит Кирилл, нарушая тишину. — Хотя и подростком такой херни не творил. И не дрался почти никогда. Это же дичь какая-то. Удел идиотов. Я ведь даже на кухне его треснул по лбу ни за что. Просто за слова, что он тебя трахнет. И ведь даже тупому ясно, что это было сказано с целью вывести меня из себя. И я повелся. Я реально отупел с появлением тебя.

— Это не комплимент мне, да?

— А ты как думаешь?

— Никак. У меня сигнал в мозг плохо проходит из-за пучка на голове, — на мой комментарий Кирилл лишь усмехается, переведя на меня взгляд. — Как ты там оказался?

— Проезжал мимо, думаю, дай лично пошлю тебя к черту, а не по телефону.

— Ну, посылай.

— Не хочу.

— А чего хочешь?

— Для начала немного вернуть себе здравый смысл и перестать играть в сопляка-обиженку, чтобы не исправлять свои же косяки еще большей дичью.

— Ты приехал на базу и был там? В каком-то из домиков?

— Нет, блядь. Мимо проезжал.

— И что ты там делал?

— Теша свои обиды, сидел как недоразвитый пацан, не зная куда метнуться. И умыкнуть тебя — глупо, учитывая, что ты упрямая стерва, поверившая во всю эту хероту с именем, и ждать, пока он тебя трахнет, — еще хреновее. Я ведь ходил к своему братцу. И он подтвердил всю эту чушь с гадалкой. И пока я слушал эту дичь от вполне себе умного мужика, ты уже была здесь. Никогда я еще так не хотел придушить тебя.