Книга Пристегните ремни. Взлетаем!, страница 60 – Тина Джель

Я задерживаю дыхание. Слёзки тихонечко вытираю.

— Молодые люди, кофе будете? — Элио, но лучше бы это были галлюцинации.

Или нет? Не знаю. Я впервые знакомилась с родителями парня, за которого…

Нет, я даже думать об этом боюсь, хоть он и назвал меня невестой…

Потому что итальянцы просто так не женяться, как у нас некоторые, ради интереса. У них, если вдруг не понравится, развестись в лёгкую не получится. Для итальянца развод — это не заявление через Госуслуги подать. Это целая эпопея… До 1970 года в Италии развод был в принципе невозможен. (Можно вспомнить историю Софи Лорен и Карло Понти.) И это не из-за того, чтобы итальянские адвокаты и судьи не умерли с голоду, нет, эти последние и без разводов тут не бедствуют. Это из-за роли Католической церкви и Ватикана. До недавнего времени, бракоразводный процесс в Италии длился три года, и только в 2015 году срок этот сократили до одного. И то в случае, если между супругами не будет разногласий, а разногласия они всегда случаются. Поэтому у некоторых счастливчиков бракоразводные процессы длятся до десяти лет и даже больше, потому что пока этот самый процесс длится, бывшая жена имеет право на достойное содержание даже если у супругов нет общих детей и супруги не живут вместе, и имеет право на наследство, даже на то, что было приобретено после подачи заявления на развод. Вот так-то.

У нас, у русских дурочек аппетиты, конечно, намного скромнее будут, мы не такие избалованные, некоторые вон даже за оргазм на всё готовые…

Мы подъезжаем к палаццо недалеко от исторического центра Рима. Не дом с бассейном, но тоже круто, учитывая, что в таких домах квартиру купить практически невозможно и не только из-за цены. Я понятия не имею, что мы будем делать после того, как войдем в его квартиру с моим чемоданом, который в эту минуту он вытаскивает из багажника машины.

Прощание, после чашечки кофе, с его мамой и отчимом прошло настолько тепло и по семейному, что сейчас я очень сильно боюсь, что когда этот сон закончится, мне будет нестерпимо больно. Но отказаться от всего этого у меня не хватает духу, я хочу провести с ним оставшиеся дни отпуска, чтобы уже точно было из-за чего потом мучиться.

— Скажи честно, у тебя там кирпичи? — Энцо корчит болезненную гримасу, ставя мой чемодан на землю.

— Скажи честно, квартиру в этом доме ты сам купил?

— Нет, конечно, откуда у меня такие деньги, я её снимаю…

— Да, у меня там кирпичи… — говорю из вредности.

И целое мгновение торжествую, отметив на его лице одобрительную ухмылку.

— Квартира в этом доме мне досталась от деда, а вон там, — показывает дом напротив, — квартира отца. — Он приезжает иногда… — вдруг совершенно серьёзно сообщает Энцо.

Мой взгляд против воли приковывается к его красивому лицу. Скользит по обтянутой светлой рубашкой груди… Кончики пальцев покалывать начинает, когда представляю, как провожу по его обнаженной коже этими самыми пальцами. Стоп! На нём была другая рубашка…

И брюки на нём были другие… — зависаю взглядом на его штанах. И от усилий, которые прикладываю, чтобы схватиться за едва уловимую ниточку воспоминаний, прикусываю губу.

— Пойдём, дорогая, я тебе дома всё покажу, не надо на улице… у нас же Папа, — усмехаясь, говорит Энцо.

Сволочь!

Но протянутую им руку, беру.