Книга «Орлы Наполеона», страница 38 – Александр Домовец

— Это, можно сказать, местное правительственное здание, — комментировал Марешаль по дороге. — Но не только. Мэрия занимает третий этаж. На втором — полицейский участок. На первом — почтовое отделение и телеграф.

Сергей поразился:

— Здесь что, и телеграф есть? В этой глуши?

— Да почему же нет? — удивился Марешаль. — Франция, мсье, со времён Наполеона страна технически развитая. Телеграф у нас есть повсюду, в самых отдалённых уголках. Вот подождите: лет через десять — пятнадцать сюда и телефонную связь проведут, и электрическое освещение наладят. Не век же керосиновые лампы жечь. Прогресс!

Сергей только диву давался. Вообще ему тут нравилось. Всюду чисто, аккуратно, улицы вымощены булыжником. По сравнению с родными русскими деревнями Сен-При-Ла-Рош казался уютным кукольным городком. Даже не верилось, что на самом деле это сельская местность, и за околицей начинаются луга, пастбища и пшеничные поля. Да ещё за оградой каждого дома растёт собственный яблоневый и вишнёвый сад, огороды всходят.

По крутой скрипучей лестнице поднялись на третий этаж. Помощник мэра ввёл их в кабинет и с поклоном удалился.

Кроме самого мсье Бернара в комнате находились ещё двое. Один в синем форменном мундире, как выясни лось, был начальником местного полицейского участка сержантом Мартеном. Другой, в длинной чёрной сутане, оказался приходским кюре^[19] по имени отец Жером.

На фоне здоровяка Мартена и дородного священника невысокий худощавый, очень живой мэр казался морщинистым, рано облысевшим подростком, перетянутым в талии поверх коричневого сюртука трёхцветным шарфом — символом муниципальной власти.

— A-а, вот и вы! — воскликнул мсье Бернар, как только гости переступили порог. Подскочив на расстояние удара, поочерёдно проинспектировал каждого пронзительным взглядом. — Кто из вас мсье Белозёров?

— Это я, — сдержанно сказал Сергей, несколько удивлённый бесцеремонным обращением.

— А кто мсье Марешаль?

— Я, — лаконично произнёс француз, наклоняя голову.

— Очень хорошо. А кто эти двое?

— Мои помощники и свидетели вчерашнего инцидента, мсье Долгов и мсье Фалалеев, — пояснил Сергей.

— Свидетели — это хорошо, — веско обронил Мартен, поглаживая пышные усы, чёрные с проседью.

— Да? Ну, ладно. Прошу садиться, господа. Без церемоний, кому где удобно.

Долгову стула не хватило, и он прислонился спиной к стене, — без церемоний.

— Господа, повод для встречи у нас не из лучших, — заявил мэр, усевшись за стол. Третьего дня меня известили правительственной телеграммой, что нашу коммуну почтит присутствием знаменитый русский художник мсье Белозёров в сопровождении чиновника Министерства иностранных дел мсье Марешаля. Я уже обдумывал приём в честь нашего гостя. И вдруг выясняется, что прямо в день приезда русский художник устраивает в гостинице дебош, избивает трёх наших жителей…

— Двух. Третьего бил я, — подал реплику Долгов.

— Какой же вы тогда свидетель? Вы соучастник, — мрачно сказал Мартен.

— Неважно, — нетерпеливо перебил мэр. — И я в щекотливом положении. Мсье Белозёров некоторым образом гость правительства. Это обязывает оказать ему почёт и уважение. Но одновременно мсье Белозёров является зачинщиком драки, в которой жестоко пострадали жители коммуны. Сломанный нос, утраченные зубы, отбитые внутренности. И как должностное лицо я должен дать законный ход жалобе наших сограждан. Никому нельзя калечить французов, тем более иностранцам. И уж менее всего русским. Сейчас не четырнадцатый год, чёрт возьми! Что скажете, господа?