Онлайн книга «Месть Альбиона»
|
Сергею, как мы уже знаем, эта честь выпала нежданно-негаданно. И, получив приглашение от министерства двора, он здорово удивился бы, если б накануне не пришло письмо от Черевина. Генерал коротко сообщал, что император хочет заказать Белозёрову свой портрет, звал вместе добраться на яхту в Кронштадт и обещал по дороге прояснить ситуацию. Написать портрет Александра Сергей мечтал давно, причём финансовой или карьерной корысти в этом желании не было. Ничего подобного! Император был интересен художнику не просто как самодержец, а как великий человек с ясным умом и несгибаемой волей, растворивший себя в интересах России, кующий промышленную и военную мощь державы, которой сам Бог велел стать одной из ведущих в Европе. В другое время Сергей был бы счастлив, что мечта сбывается. Но сейчас он отправлялся в плавание на царской яхте с тяжёлым сердцем. Второго дня из Кисловодска наконец вернулась Настенька с детьми и Авдотьей Семёновной. Господи, как он соскучился по ним… Не было сейчас иного желания, как быть с женой, играть с Сашей и Костиком, даже слушать ворчание бабушки. Настенька ласково упрекала, что за полтора месяца, которые они провели на водах, Сергей похудел и осунулся. Кухарка Фрося божилась, что она здесь ни при чём, — Сергей Васильевич, вот-те крест, во всякую пору был надлежащим образом накормлен и напоен. А вот работать ему надо бы поменьше, всех денег не заработаешь… Рассеянно слушая домашние разговоры, Сергей мучительно размышлял, как сказать Насте об опасности, которая, вполне возможно, затаилась где-то рядом, о необходимости жить (и, вероятно, долгое время) под полицейской охраной… В мужестве жены он не сомневался, однако изводила мысль, что по его невольной вине над самыми дорогими людьми нависла угроза. О себе он не думал. Против ожидания, Настенька выслушала короткий рассказ мужа почти спокойно. Само собой, в подробности Сергей не вдавался, — лишь сообщил, что, выполняя порученное государево дело, нажил могущественных врагов, и теперь его и семью в ближайшие месяцы будут охранять. Прошедшая бок о бок с мужем гатчинское дело, Настенька ничего не выпытывала. Сказала только, что ещё на вокзале заметила двух людей, ненавязчиво, на расстоянии, сопровождавших их. Думала, — показалось. А оно вон что… — Ты не бойся, — говорил Сергей, обнимая жену. — Всё будет хорошо, вот увидишь. Может, и нет никакой опасности. Просто Черевин за меня переживает и решил подстраховаться, — распорядился насчёт охраны… — Черевин зря переживать не будет, — откликнулась не по годам мудрая жена, знавшая Петра Александровича. — Горе ты моё луковое! Одного оставить нельзя, непременно в историю угодишь… Хорошо, что в спальне было темно, и Настенька не видела краски стыда, залившей лицо мужа. Впрочем, на этом мягком упрёке разговор и закончился. А потом… ну, что потом… Дело молодое, и не виделись они, считай, шесть недель… И всё же смутно было на душе у нашего художника, ох, смутно. Будь хоть малейшая возможность остаться дома, вместе с семьёй, он бы так и сделал. Но разве можно отказаться от высочайшего приглашения? Всегда спокойная Настенька восторженно всплеснула руками, узнав о чести, оказанной мужу, и кинулась собирать ему вещи в дорогу. Авдотья Семёновна, — та просто расплакалась от радости. Уж кто-кто, а вдова царского егеря хорошо знала, чего стоят подобное приглашение и близость к самодержцу. |