Онлайн книга «Месть Альбиона»
|
Твёрдая рука незнакомца поддержала его. — Пойдёмте, у меня тут недалеко карета. На вас лица нет. Случилось что-нибудь? — Ещё как случилось… — Тогда сразу едем к Ефимову! Глава восемнадцатая Бесспорно, и Победоносцев, и Черевин относились к ближайшему окружению императора. Однако на доклад к Александру вместе ходили крайне редко, — уж очень ведомства разные: один занимался государственной политикой, другой безопасностью самодержца. И если нынче они вошли в императорский кабинет рука об руку, то лишь потому, что английское дело объединило в себе оба направления. В гатчинской резиденции всё шло своим чередом. Высочайший стол, свидетельствуя о работоспособности хозяина, был завален бесчисленными документами, — как всегда. Но сейчас Александр, оставив бумаги, сидел в кресле и внимательнейшим образом слушал Константина Петровича и Петра Александровича. При этом, чем дальше, тем больше хмурился, бросал короткие реплики, курил папиросу за папиросой. — Вот, значит, как… — негромко, словно размышляя вслух, произнёс, когда Победоносцев закончил доклад. — Мало им, что прадеда Павла убили, теперь ко мне подобрались… Ни тени страха в голосе императора не было. Констатация, и только. Пройдя Русско-турецкую войну, он знал цену опасности и умел встречать её со спокойным мужеством. Сейчас он скорее испытывал гнев и омерзение сильного человека, у ног которого ползает норовящий укусить гад. И где? В собственном доме… Подняв голову, пытливо взглянул на сподвижников. — И всё-таки хочу ещё раз убедиться, что ошибки нет. Иллюзий насчёт англичан отродясь не питал, о судьбе прадеда знаю, но всё же… Почти девяносто лет прошло. Неужели ничего не изменилось? — А что могло измениться, государь? — ответил Победоносцев вопросом на вопрос. — Пальмерстон[4] ещё тридцать лет назад в палате общин сказал на весь мир: «У нас нет ни вечных союзников, ни постоянных врагов. Вечны и постоянны наши интересы, и наш долг — следовать этим интересам». — Прямо наизусть выучили… — И не захочешь, а выучишь. Пока интересы пересекаются, — в Средней Азии, на Балканах, на европейских рынках, да где угодно, — не будет у нас врага злее Англии. Франция, Германия, Австрия тоже не сахар, но куда им до англичан! В жадности, коварстве и подлости Британия любого за пояс заткнёт. И что самое печальное, — мощь позволяет диктовать свои условия любому. Вспомните Сан-Стефанский конгресс. Всё, что навоевали в Русско-турецкой, прахом пошло. Все жертвы, все затраты, все усилия… И отец ваш, Царство Небесное, ничего не мог сделать: силы Англии и России были просто несоизмеримы. А как только мы сами начали расти и свои интересы соблюдать, так сразу в крик: не сметь! Взять хотя бы их недавний демарш по поводу взятия Коканда… — Да если бы только в крик, — подал голос Черевин. — Здесь какая-никакая дипломатия, всё явно и очевидно. Хуже, когда работают секретным образом, без единого звука. Тут уж вообще играют без правил и без оглядки. А играть умеют виртуозно, не отнять. Мы их агентурную сеть в России, дай бог, только наполовину вычислили. Император угрюмо кивнул. — Вернёмся к поезду, — напомнил он. — Как уже говорили, прямых улик нет, государь, — сказал Черевин. — Есть, однако, факты, и факты красноречивые. Факт первый: за три дня до рейса на кухню устроился работать некий Николай Ефременко. Втёрся в доверие к поварам, те рекомендовали его коменданту поезда, а тот и рад, — рабочих не хватает. Тем более, что и документы у парня оказались в полном порядке, и рекомендации хорошие. Факт второй: примерно за час до крушения на станции Тарановка Ефременко отпросился выйти покурить и не вернулся. Факт третий: среди уцелевших работников кухни двое определённо заявили, что перед тем, как поезд сошёл с рельсов, различили звук, напоминающий взрыв. Я сам его слышал, о чём и докладывал раньше. Факт четвёртый: путь этого Ефременко от станции Тарановки удалось проследить. Добрался до города Змиева, оттуда поездом в Киев, затем поездом же в Москву. Похожего по описанию человека видели на Николаевском вокзале, — брал билет третьего класса до Санкт-Петербурга. В столице он, увы, потерялся… Если это не заметание следов, то что? |