Книга Черная книга, страница 119 – Александр Домовец

— Записки Палена. Мне известно, что документ находится у вас.

Господи, как этот документ мне надоел…

— Да, у меня, — в числе прочих вещественных доказательств, — подтвердил я.

— Передайте его мне.

Мог бы сказать более вежливо: «Прошу передать»… Но не счёл нужным.

— Чтобы изъять из дела вещественное доказательство, требуется веское основание, — возразил я вежливо.

Спиридович достал и протянул мне лист гербовой бумаги. Я пробежал глазами ровные чернильные строки. То было распоряжение министра внутренних дел. Столыпин предписывал мне передать документ, известный как записки или мемуары графа Палена, начальнику особого отдела охраны Его императорского величества Николая Второго полковнику Спиридовичу А. И.

Вот и реакция на мою и Ульянова служебную записку. Негусто. Другой, похоже, не будет…

— Достаточно? — спросил полковник лаконично.

— Вполне, — столь же лаконично ответил я.

Открыв сейф, я спрятал распоряжение министра и взамен достал папку с мемуарами Палена. Спиридович быстро и осторожно перелистал страницы раритета, исписанные рукой цареубийцы чуть ли не век назад. Понятно, что при этом интерес на лице полковника был далёк от научного.

— Да, это они, — сказал сухо.

Уж не думал ли он, что я подсуну ему фальшивку?

— Теперь, когда с формальностями закончили, могли бы вы ответить мне на пару вопросов? Неофициальных? — спросил вдруг Спиридович более мягким тоном.

— Отчего же, спрашивайте.

— Как вы сумели найти эти записки? Я знаю, что они были хорошо спрятаны. Если это не ваш профессиональный секрет, конечно?

Я только хмыкнул.

— Не секрет. Можно сказать, повезло… Из одной квитанции я случайно узнал, что некий столяр-краснодеревщик Кузин изготовил сувенир — деревянную шкатулку в виде книги формата ин-кварто. Заказчиком сувенира оказался помощник Себрякова некто Варакин. Для пущей убедительности шкатулка была обтянута кожей. Поставь такую на полку — и среди прочих книг она затеряется.

Спиридович посмотрел недоверчиво.

— Что, в самом деле?

— Да вот, взгляните сами.

С этими словами я достал из ящика стола пресловутую книгу-шкатулку. Спиридович внимательно её оглядел, покрутил в руках, открыл обложку.

— Действительно…

— Документ Палена для профессора был очень важен. Себряков хотел постоянно держать его под рукой, с одной стороны, и так, чтобы никто не смог найти, с другой. Вот он и заказал через Варакина псевдокнигу, в которую спрятал рукопись. Поставил на полку одного из шкафов — и всё. Книг-то у него в кабинете были сотни. Поди найди дерево в лесу…

— В остроумии покойнику не откажешь.

— Это точно. А ещё он велел на всякий случай вытеснить на обложке и корешке надпись «И. Ю. Гирин. Философский взгляд на развитие исторического процесса». Вот, видите?

Спиридович посмотрел на меня с оттенком уважения.

— Мне говорили, что дедуктировать вы горазды. Вижу, что не преувеличили, — сказал он.

Я слегка улыбнулся.

— Дедукция здесь была несложная. Ещё и Паша помогла.

— Это кто?

— Паша — бывшая служанка Себрякова. Девушка очень аккуратная и добросовестная. Однако, по её словам, незадолго до смерти профессор очень ругался, — мол, плохо протирает книги от пыли. И даже запретил ей впредь убирать в книжных шкафах. Теперь-то мы понимаем — Себряков просто опасался, что девушка случайно наткнётся на тайник. Тогда я этого, разумеется, не знал, но запомнил. А потом сопоставил странное поведение профессора с полученными сведениями о псевдокниге. И всё сложилось.