Онлайн книга «Тени над «русским Чикаго»»
|
После этого я отправился в Аварский полк. Вежливо выставив Бабушкина из кабинета, я сел к его телефону и позвонил Монкевицу. Телефон был у меня и в гостинице, но там же могли оказаться ненужные уши. А кроме того, военная связь отличалась высоким качеством и надёжностью. В сжатой форме я доложил генералу ситуацию вместе со своими соображениями. Внимательно выслушав, Монкевиц задал уточняющие вопросы, после чего велел продолжать расследование и держать в курсе. «Нуждаетесь ли в подкреплении?» Я сказал, что к моим услугам всё городское управление полиции, так что в этом смысле проблем нет. Про себя подумал, что во всём прочем их выше головы. Не удержавшись, спросил: — Николай Августович, что там в мире творится? Он меня вполне понял. Помолчал. — Плохо в мире и с каждым днём всё хуже, – услышал я сквозь телефонный треск. – Не хочу приказывать, но постарайтесь закончить дела в Царицыне как можно быстрее. В ближайшее время вы будете нужны здесь. Алексей тоже. Трубку я положил с тяжёлым сердцем. Бабушкин, пущенный в кабинет, пытался затеять разговор, но было не до него, хотя и хотелось спросить, о чём беседовал с вещуном. Я спешил к Наталье Фёдоровне Капустиной. А впрочем… — Павел, вы упоминали, что Данилов как-то, подвыпив за ужином, хвастался любовной связью с некой дамой. Глубоко посаженные глаза Бабушкина уставились на меня с недоумением. — Было такое, – произнёс он после некоторой паузы. — Вы сказали, что имени её он не называл. Но, может быть, описывал внешность? — Насчёт внешности обронил, что дама сия собой белокура и чертовски красива. То есть ангельски… Ну что ж. Посмотрим, насколько Наталья Фёдоровна соответствует этому описанию. Признаться, Капустина меня интересовала. Не как пассия покойного Андрея – мы уже выяснили, что связи между ними не было. Но тогда о какой женщине Данилов говорил Бабушкину? И почему Маркин, сочиняя историю о якобы любовнице Данилова, назвал именно Капустину? Случайность или какой-то расчёт? Хотя какой тут может быть расчёт… Чёрт бы меня побрал, но я не мог понять, зачем Маркин, нанятый Юлией Репиной, вообще решился придумать для заказчицы этот романтический сюжет. Предположим, взял деньги, ничего предосудительного не выяснил, но, чтобы набить себе сыскную цену, на голубом глазу сплёл байку про жениха-изменщика? Что-то тут не то! Не дурак же он, совсем не дурак. Должен был понимать, что играет с огнём. Юлия, как минимум, решит объясниться с Даниловым – и тогда обман вскроется. А после этого Маркину из Царицына придётся бежать. Иначе либо Данилов, либо репинский Прошка поймают и за ложь по очереди накажут самым жестоким образом. Или оба сразу. Но, может, Маркину кто-то посулил большие деньги, чтобы опозорить Данилова в глазах невесты? Да нет, ерунда. Андрей здесь был человек приезжий и вряд ли кому-то перебежал дорогу настолько, чтобы платить за его компрометацию. А значит… Значит, логическим путём приходим к выводу, что какая-то основа для доклада Маркина барышне Репиной всё же была. Дыма без огня не бывает. На стопроцентную ложь отставной дознаватель решился вряд ли – хотя бы из чувства самосохранения. Какая-то связь между Капустиной и Даниловым всё же существовала, пусть даже и не романтическая. Дойдя до этого пункта, я остановился посреди тротуара и вполголоса замычал, как от зубной боли. (Проходящая мимо дама сочувственно оглянулась.) Возникло мерзкое ощущение, что я совершенно потерялся в лабиринте противоречивых фактов. Впору было орать: «Ау!» Или обратиться к вещуну Макарию, чтобы развеял туман, который непроницаемым саваном окутал ситуацию. |