Книга Тайный ликвидатор, страница 44 – Валерий Шарапов

— Да знаю я, – рассердился Некрасов. – Представители нашей власти – честнейшие люди. Светлана, не зли меня! Мы ищем убийцу или что? Давайте без этих штучек, а будем называть вещи своими именами. В нашей жизни есть место всему. А также человеческим слабостям и соблазнам. Нужно поговорить с женами – Ириной Викторовной Щадриной и Марией Степановной Головаш.

— Да хоть с Ларисой Альбертовной Нестеренко, – хмыкнул Сиротин. – Тупиковая ветка, командир, помяни мое слово. Но согласен, отработать нужно все.

— Второе, – гнул свою линию Некрасов. – Отработать не только их совместное настоящее, но и их совместное прошлое. То есть углубиться в детали их биографий. Возможно, найдутся точки пересечения. Материалы мы получим – пусть только попробуют не дать.

Внезапно он осекся, задумался. Мысль, витавшая на периферии сознания, оформилась. Дядя Степа описывал мужика в переулке – крепкий, среднего роста, с широким лицом, равнодушным взглядом. Свидетель на Каче – как там его, Юрий Никифоров? – видевший Щадрина живым за минуту до его смерти, а также лицезревший предполагаемого убийцу… вполне соответствовал приметам. Да, таких в одном Качинске тысячи, но все же… У свидетеля был странный взгляд – смотрел спокойно, ничего не боясь, повествовал размеренно. А его ведь опрашивали в связи с делом об убийстве! Не хочешь, а заволнуешься. Нет, слишком как-то…

— Забыл, что хотел сказать, Андрей Николаевич? – оживилась Светлана.

Андрей помедлил, но все-таки рассказал эту странную историю. Народ задумался.

— Свидетель представился Юрием Никифоровым – командированным, – добавил Некрасов. – Из какого города – не сказал. Документов при себе не имел. Проживал якобы на Малютинских дачах – а там хренова туча дач. Прибыл перенимать опыт в сфере добывающей промышленности, а в районе просто куча добывающих и обрабатывающих предприятий. Мутный тип. Теперь жалею, что не проверили.

— Это он, что ли, всех убивает? – недоверчиво спросил Скляров.

— Позволь усомниться, – сказала Светлана. – Я понимаю, что нам нужна хоть какая-то зацепка, но… обычный свидетель. Ну, спокойный – бывает. И не связывай его с тем мужиком из переулка. Мало ли крепких, невысоких и с широкими лицами? Если он убил Головаша, зачем вернулся? Посмотреть, как мечется милиция? Что-то оставил под забором? Ты убедился, что ничего он там не оставлял. И внутри участка не валялись ценные улики. Если он прикончил Щадрина, то к чему ломать эту комедию? Сидеть на том берегу, ждать, пока его пригласят в качестве свидетеля…

— Он и не напрашивался, – вспомнил Пантелей. – Сидел себе. Я с ним заговорил – он начал вспоминать… В самом деле, чушь какая-то, Андрей Николаевич. Зачем бы он сидел и ждал? В этом есть смысл? Посмотреть, как по другому берегу бегает милиция?

— А вам не кажется, что с нами играют? – вдруг подал голос доселе молчавший Сиротин. – За действиями милиции внимательно наблюдают. Может, он от этого удовольствие получает? Или еще какую-то цель преследует? Я не всегда согласен с нашим начальником, но сегодня не спешил бы возражать. Согласитесь, нас ведь изобретательно водят за нос.

Наступило молчание. Люди усердно напрягали головы, хотя, возможно, кто-то делал вид.

— Как бы то ни было, а проверить надо, – сказал Некрасов. – С этим, думаю, все согласны. Светлана права – нам бы хоть за что-то зацепиться. Пантелей, займись. Походи по предприятиям – был ли такой командировочный Юрий Никифоров? Пошустри по дачам – с той же целью. Объем велик, но прошу – не делай такое лицо, не разжалобишь. Почему не поработать, Пантелей?