Книга Тайный ликвидатор, страница 42 – Валерий Шарапов

Оставив товарищей искать другие улики, Некрасов вышел за калитку. В том месте, где преступник забрался на забор, произрастала стена жимолости. Обычно малорослая, эта была высокая, упитанная. Земля – сухая, топорщилась травка. Ничего сложного – убедись, что в переулке никого, обойди жимолость, подпрыгни и вскарабкайся. Обратно – тем же манером…

Андрей забрался внутрь, осмотрелся, полез обратно. Просить Левенбука снять отпечатки пальцев с гребня забора? Да он обхохочется…

В переулке было тихо. Дядя Степа ковырялся в капоте «газика», поодаль стояла «Победа» Броницкого с шофером. Остальные разъехались, а «специально обученные люди» еще не прибыли. Соседи не толпились, округа жила своей мирной жизнью. «Хвастать, милая, не стану…» – пел Виталий Доронин из открытого окна. Под забором возились кошки – то ли свадьба, то ли криминальная разборка. На соседском участке девчонка лет тринадцати вытаскивала из кустов своего непутевого пятилетнего брата в коротких штанишках. Взъерошенный мальчуган фыркал и пинался.

— Мам, давай Митьку в детдом отдадим! – кричала девчонка. – Заколебал уже!

Андрей закурил, неспешно отправился к калитке. Дядя Степа и ухом не повел. Он пыхтел и откручивал что-то отверткой.

— Не в духе, дядя Степа? – поинтересовался Андрей.

— А ты, Андрей Николаевич, можно подумать, шибко в духе, – буркнул водитель. – Настроение так и прет, скажи? Не кошку убили – майора милиции, сволочь! Мне мужики из постовой службы рассказали. Это что же получается, Андрей Николаевич? Никому теперь защиты нет? Слушай, хоть ты помоги. – Водитель оторвался от капота. – Всунься вот сюда, подержи эту штуку, пока я прикручивать буду. Картер отваливается, а без него, блин, не поедем никуда…

Андрей помог, поддержал болтающийся щиток. Дядя Степа, изворачиваясь, орудовал отверткой и пассатижами.

— Все, отлично! – вынес он вердикт. – Спасибо, Андрей Николаевич, ты настоящий друг. Тряпку держи, руки вытри.

— А что значит «хоть ты помоги»? – спросил Андрей. – Кто-то не помог?

— Да терся тут один, – отмахнулся водитель. – Вон там у фонаря постоял, потом прошелся… Кстати, заглянул туда же, куда и ты, – за эти кусты у забора. Ну, не то чтобы заглянул, но как-то притормозил, рожу туда сунул – словно потерял там что-то. Потом мимо меня прошел. Товарищ, говорю, подержи эту хреновину, буду премного обязан. Так он, зараза, даже ухом не повел, представляешь? Словно я ему тут пустое место… Потом Юрий Алексеевич пожаловал, я вон с Толиком поговорил…

— А сейчас его тут нет? – Что-то щелкнуло, Андрей завертел головой.

— Кого? – не понял водитель. – Да вон он, в машине сидит.

— Да не этот, – поморщился Андрей. – Мужик, про которого ты рассказываешь.

— А, этот… – Дядя Степа тоже стал выворачивать шею. – Да не видать. Я, знаешь ли, за ним не следил.

— Можешь его описать?

Дядя Степа озадачился, но худо-бедно выдавил описание. Незнакомца. Не то чтобы высокий, средний такой. И комплекция… ну, покрупнее, чем у Андрея. Рожа довольно широкая, на голове кепка, смотрит равнодушно. С рожей вообще проблема – как-то низко голову опустил. Пиджачишко старенький, рубашка серая. Руки держал в карманах, шел такой развязной походочкой – явно нарочитой, обычно так не ходят. И у фонаря когда стоял, руки в карманах держал.