Книга Другие американцы, страница 155 – Лайла Лалами

Хочу подчеркнуть, что я честный бизнесмен и соблюдаю все законы и правила. Я уверен, что у Орешка было какое-то заболевание, потому что я не сделал ничего, что могло привести к его смерти. Каждый день я кормил и поил его, как обычно, он не мог внезапно заболеть. Но он не двигался, даже после того, как я окликнул его по имени; я пытался понять, что не так, а китаёза все не унималась.

— Что вы сделали с моей собакой? – голосила она. – Что вы с ней сделали?

— Ничего я с ним не делал, – ответил я и погладил Орешка. Ей-богу, он шевельнулся. – Видите!

Дамочка обошла стойку, совершенно проигнорировав табличку «Только для персонала», и встала рядом со мной. Она проворковала что-то нежное, но пес не шевельнулся. Тогда она попыталась поднять его, но он повис у нее на руках. Тогда она заорала так, будто с нее заживо сдирают кожу. Еще до того, как ветеринар успел определить причину смерти, она рассказала всем знакомым, что я убил ее Орешка. Она была инженером по базам данных и знала большинство моих клиентов, так что, конечно, многих клиентов я потерял. А потом просто разорился из-за судебного иска. Много бессонных ночей я вспоминал и анализировал события того дня и до сих пор не пойму, от чего погиб джек-рассел-терьер. Не сомневаюсь, что еда, которой я его кормил, и вода, которую он пил, тут ни при чем. Может, съел что-то, когда я вывел его на прогулку. В любом случае я не был виноват в его гибели. Но никого это не волновало, я начал терять клиентов одного за другим. Я не мог поверить, что эта женщина, которая приехала в мою страну, едва научилась говорить на моем языке, осмелилась подать на меня в суд за халатность.

Продолжать бизнес не имело смысла, по крайней мере в Ирвайне, но у меня не было денег, чтобы открыть детский сад для собак где-нибудь еще. К тому же мамина болезнь прогрессировала, и в результате я вернулся домой. Я подумал, что мне не помешает научиться управлять боулингом, ведь со временем этот бизнес перейдет ко мне по наследству. Моему отцу тогда было уже семьдесят восемь, он давно перевалил за пенсионный возраст, но на пенсию уходить не хотел, поэтому мне оставалось только ждать. У меня было множество идей по поводу этого бизнеса. Вместо киоска я планировал сделать полноценный буфет, купить новые игровые автоматы, поменять музыку и вывески и тому подобное. Всякий раз, когда я предлагал отцу что-то изменить, он говорил, что у него нет на это денег и что уже отдал все свои сбережения на мой бизнес. Но мой бизнес прогорел.

То, что случилось с тем соседом, – это несчастный случай. Было слишком темно, и я поздно его заметил, не успел ничего сделать. Ну скажите, зачем мне его убивать?

Кажется, я уже упоминал, что той зимой мой бизнес пошел на спад. Недалеко от нас, если ехать на запад по шоссе, открылись еще два новых ресторана. И хотя в одном подавали только сэндвичи, а во втором – только пирожные и печенье, меня беспокоила неожиданная конкуренция. Сорок процентов моего дохода – это туристы, которые заезжают в ресторан по дороге в национальный парк или на какой-нибудь концерт в пустыне. Поэтому я решил кое-что изменить. Я решил убрать из меню кукурузный хэш и жареные сырные палочки, добавить новые салаты и фруктовые смузи, заменить виниловые полы на входе и подумывал о том, чтобы получить лицензию на продажу алкоголя. Но самое важное: я понял, что для привлечения внимания туристов, несущихся мимо по шоссе, нужно установить на ресторане новую большую вывеску.