Книга Другие американцы, страница 108 – Лайла Лалами

— Прости, – сказал я. – Я совершенно о нем забыл.

— Да ничего страшного, правда.

— Точно?

— Абсолютно.

— Ты слушаешь «Кайас»?

Нора засмеялась:

— Что? Я просто старалась быть вежливой.

Я поцеловал ее на прощанье, а потом смотрел, как она садится в свой гибридный автомобиль и бесшумно выезжает с подъездной дорожки. Когда я вернулся в дом, то увидел, что Фиерро стоит у раковины и жует куриную ногу, которую он стащил прямо со сковородки. Я сполоснул тарелки и начал загружать их в посудомоечную машину, привычно передвигаясь на своей узкой кухне.

Фиерро отвернулся от раковины.

— Чувак, отпадная деваха! Где ты ее подцепил? Точно не в спортзале. Я никогда ее там не видел.

— Я не подцеплял ее. Давай сходим в «Шомпол и ружье». Я не хочу сегодня ехать в Твентинайн-Палмс.

— Она тебя подцепила? Уау!

— Никто никого не подцеплял. В «Шомпол и ружье»?

— Они рано закрываются. Она мексиканка?

— Нет, тогда пойдем в «Пистолет и винтовку».

— Ага. Она похожа на мексиканку.

— Но она не мексиканка.

— А кто же тогда?

— Марокканка.

— Марокканка, – повторил он так, будто в первый раз произносил это слово. – Ты трахнул ее?

В любой другой ситуации я бы сказал: «Да». Я не прочь похвастаться. В глубине души я был все тем же толстым семнадцатилетним парнем, который не нравился ни одной девушке, и одновременно – подтянутым девятнадцатилетним солдатом, вернувшимся домой в отпуск, на которого девушки вдруг начали обращать внимание. Да, блин, конечно, сказал бы я. Я трахнул ее прямо здесь, на столе. Дважды. Ты бы видел, какие у нее сиськи. Но Норой я хвастаться не мог. То, что происходило между нами, не было похоже на все мои остальные отношения. Это было что-то из прошлой жизни и из новой одновременно. Об этом сложном моем чувстве мне не хотелось никому рассказывать, особенно Фиерро. Я отвернулся и начал протирать столешницы.

— Сейчас поедем в тир. Но сначала вымой руки. Не хочу, чтобы повсюду на кухне остались жирные отпечатки твоих лап.

Фиерро выдавил на ладонь немного средства для мытья посуды и открыл кран. Оглянувшись через плечо, он сказал:

— Только не говори, что ты сидел здесь с ней и болтал о книгах или еще о какой-нибудь ерунде. Скажи, что ты трахнул ее.

Я прошел мимо него в спальню, отпер дверь и достал пистолет. Когда я обернулся, в дверях стоял Фиерро. Он ухватился за турник в дверном проеме и пять раз подтянулся на нем, просто от нечего делать. Потом отпустил турник, глянул на меня и расплылся в широкой улыбке.

— Ты трахнул ее, так ведь? Молодец! – Он одобрительно похлопал меня по руке. – А теперь пойдем постреляем.

* * *

Оказалось, что многим хотелось воспользоваться специальным предложением во вторник вечером; тир был переполнен, нам пришлось ждать своей очереди. Флуоресцентные лампы отбрасывали желтые блики на виниловый пол, в воздухе висел запах мужского пота, оружия и искусственного напряжения. По громкоговорителю объявили, что освободилась мишень для Кейси. Фиерро хрустел костяшками пальцев, пока мы ждали, а я откинулся на спинку сиденья и думал о том, как быстро Нора решила уйти, как только узнала, что я собираюсь в тир. Честно говоря, я даже представить ее не мог в подобном месте.

— Я тебе говорил, что в прошлые выходные Джонни застукали за мастурбацией в отделе полотенец? – вдруг спросил Фиерро. – Его уволили. Значит, Декстер станет директором. Значит, я стану начальником отдела.