Книга Искусство французского убийства, страница 46 – Колин Глисон

Нил бросил на меня оценивающий взгляд.

— Ух ты, – вот и все, что он сказал, и снова затянулся сигаретой.

Я хотела спросить, разговаривал ли он с детективом, но в этот момент к нам подбежала молодая женщина:

— Вот ты где! Нил, нам нужно закончить твой грим. Твой костюм отглажен, а туфли были в пятнах, так что я хорошенько их отполировала. До звонка меньше часа. – Ее глаза покраснели, и я подумала, не плакала ли она. Из-за Терезы, или из-за тяжелого характера руководителя труппы, или по какой-то другой причине. А может, просто от пыли?

— Извини, – пробормотал Нил. – Долг зовет. – И он исчез в облаке сигаретного дыма. Женщина ринулась за ним следом, и я даже не успела ничего ей сказать.

Я постояла и направилась в ту сторону, откуда доносились шум и голоса. Я прошла мимо стола для реквизита, костюмерной и стола режиссера, но Дор нигде не было.

— Табита? Что ты здесь делаешь?

Я повернулась и увидела Марка Джастиса. На его губах блуждала довольная, но смущенная улыбка. Густые светлые волосы были растрепаны, и по золотистому блеску щетины на подбородке я догадалась, что этим утром он не брился. Однако своему наряду он уделил гораздо больше внимания: на нем были аккуратный пиджак, жилет, рубашка, а также блестящие черные туфли и идеально завязанный галстук. В одной руке он держал потрепанную аптечку, а в другой – шляпу. Насколько я поняла, он оказывал первую медицинскую помощь труппе театра и его посетителям, а при необходимости помогал за кулисами. Я не знала, имелась ли у него другая работа или он болтался по Парижу, растрачивая деньги своих родителей.

Даже если так, я не могла его упрекнуть, ведь я делала то же самое. Хотя в моем случае это были в основном деньги моего деда.

— Привет, Марк. Рада тебя видеть. Я ищу Дор. Ты ее видел?

— Она на левой сцене с горгоной, – ответил он, все еще улыбаясь, как будто был удивлен и рад меня видеть. Он указал на сцену, которая для меня была справа, но, по-видимому, я понимала все наоборот.

— С горгоной? – переспросила я.

— Марибель. Ты знаешь, это она основала труппу, – приглушенным голосом пояснил он, наклоняясь ближе. – Она настоящая сама-знаешь-кто. Дор хотела, чтобы она отменила сегодняшний спектакль, из-за Терезы, понятное дело, но Марибель и слышать ничего не желала. «Шоу должно продолжаться, – сказала она. – Сама Тереза хотела бы, чтобы все было так». – Он раздраженно шикнул и отступил назад. – Как и каждого порядочного американского капиталиста, Марибель волнует только одно: как заработать деньги.

— О. Может, мне не стоит вмешиваться в их разговор?

— Да, не стоит. Дай им еще минутку. – Марк посерьезнел. – Мы все очень расстроены тем, что случилось с Терезой. Джонни сказал, что должен был подвезти ее до дома, но она ушла раньше. Это правда, что ты ее нашла?

— Нет, я ее не нашла… но я ее видела, – объяснила я. – Это было ужасно. Так ужасно. – Я не могла сдержать дрожь, и рука Марка дернулась вверх и снова опустилась, как будто он хотел меня утешить, но передумал. Мне это почему-то показалось милым.

— У них есть предположения, кто мог такое сотворить? Какой-то бродяга с улицы? Так все говорят.

— Вряд ли. – Я понимала, что, возможно, разговариваю с одним из подозреваемых. – Хотя я мало что знаю, кроме того, что ее зарезали.