Книга Рецепты любви и убийства, страница 20 – Салли Эндрю

Еще одно фото – тот же мужчина сидит на корточках у окруженного камышом пруда, закрывая лицо руками.

— Она умерла? – спросила я, хотя в душе уже знала ответ.

Джесси кивнула.

— Я говорила с мамой в больнице, – сказала она. – Это Мартина ван Скалквайк. Мужа зовут Дирк.

— А можешь покрупнее? – спросила я. – Нет, не его лицо, а пруд.

У кромки воды, запутавшись в камышах, лежали несколько перышек. Маленьких белых перышек.

В голове у меня помутилось, захотелось сесть. Я с трудом добралась до своего стула.

— Мария, ты бледная, как привидение, – сказала Хэтти.

Джесси поставила чайник, а Хэтти обмахивала меня листком бумаги.

Они придвинули стулья и сели по обе стороны от меня. Джесси протянула мне чашку кофе, я сделала большой глоток. Кофе был сладкий и крепкий.

— Утки, – сказала я. – Это была утиная леди.

— Боже, да, та самая, что тебе писала, – сказала Хэтти.

— Вот скотина, – сказала Джесси. – Он ее убил.

— О, если бы только… – сказала я, но всего, что хотела, перечислить не могла.

— Подкрепись, – сказала Хэтти, открыла банку и протянула мне сухарик.

— Позвольте мне провести расследование, – попросила Джесси, вставая. – Пожалуйста, Хэтти.

Хэтти вздохнула.

— Поговори с полицией и в больнице, – сказала она. – Только не приближайся к мужу.

Джесси открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же его закрыла, а потом схватила блокнот, шлем и куртку и выскочила за дверь.

Хэтти покачала головой.

— Ох эта девчонка.

— Думаю, она далеко пойдет, – сказала я.

— Главное, чтобы не зашла слишком далеко, – заметила Хэтти.

Мы услышали, как вдали затих шум скутера Джесси, а потом с грохотом подъехала большая машина, скрипнули тормоза. Хлопнула дверка, по дорожке протопали сапоги.

Хэтти выглянула наружу. Ее брови взлетели вверх, и она отпрянула, держа руку на двери, будто собиралась ее закрыть.

— Ха-ай! – крикнула женщина. – Эк сук танни Мария!^[16]

Она искала меня. Хриплый голос, но с каким-то сладковатым привкусом, как у рождественского пирога с косточками.

— Боюсь, в данный момент она занята, – сказала Хэтти.

— Где она? Кто вы?

— Хотите, чтобы я ей что-то передала?

Хэтти загородила собой дверь, но женщина протиснулась мимо нее.

— Черт возьми! – выругалась она. – Мне надо ее увидеть.

На ней был мековатый мужской комбинезон, никакого макияжа. Волосы короткие, но какие-то дирмекар, будто она все время запускала в них руки. Но все равно было видно: женщина она привлекательная, лет тридцати, кареглазая с темными ресницами.

— А вы? – спросила она, увидев меня.

Казалось, вот-вот одну из нас ударит. Кого первую? Ростом она уступала Хэтти, но выглядела достаточно сильной, чтобы справиться с нами обеими.

Я уже собиралась сказать этой грубиянке, что я уборщица, а она пачкает пол грязными ботинками.

Но тут увидела: к грязи на одном из ее больших кожаных ботинок прилипло белое перышко.

— Я танни Мария, – представилась я. – Садитесь. Сейчас приготовлю кофе.

Она присела на краешек стула Джесси и хмуро смотрела на меня, будто ей не нравилось, как я кладу сахар в ее кофе. Но я все равно положила, а заодно добавила молока.

Потом раздался звук, будто кто-то наступил на щенка, и я испугалась. Оказалось, это заплакала женщина, лицо ее сморщилось. А потом она заскулила, как брошенная собака. Я поставила на стол рядом с ней кофе, банку сухариков и придвинула свой стул ближе.