Книга Рецепты любви и убийства, страница 128 – Салли Эндрю

Пусть он на работе, но из вежливости стоит окликнуть хозяина. Тишина в доме висела тяжелым грузом, словно изготовившись к прыжку. В кухонной раковине лежала горка невымытой посуды.

Я сразу пошла за тем, за чем пришла. За кулинарными книгами. Список покупок Мартины для приготовления блюда по моему рецепту заставил меня задуматься: я вспомнила, что видела эти книги у нее на полке в кладовой. Кулинарная книга – вот где я бы хранила что-то важное.

Я разложила на кухонном столе четыре кулинарные книги, открыла их по очереди, каждую легонько встряхнула. Первая называлась «Готовьте с Иной Парман», в нее был вложен листок с рукописным рецептом чизкейка с мускатной тыквой. Во второй и третьей книгах, «Кухня Кару» и «Праздник южноафриканской кухни», никаких вкладышей не было. Четвертая и самая большая книга называлась «Готовь с удовольствием». Я встряхнула ее, и оттуда выпал листок: мой ответ на ее письмо в «Газетт» с рецептом карри из баранины. Да, вот он, лежит в кулинарной книге – так и я хранила ее письмо в моей версии той же книги на африкаанс. Мне стало не по себе. Будто после ее смерти наши кулинарные книги устроили перекличку.

И тут я нашла то, что искала, в середине «Готовь с удовольствием». Две страницы: одна полная цифр, другая написана аккуратным почерком Мартины. Я села, положив бумаги перед собой. У оконного стекла жужжала муха. Раздался звук автомобиля, и я на миг подумала, что это возвращается с работы Дирк, и поднялась, чтобы убрать книги, но звук не стал ближе. Наверное, кто-то ехал мимо по своим делам.

Я снова села. Одну страницу я узнала. Такие же я видела в бухгалтерской книге в супермаркете. Она была озаглавлена «Региональные пенсии» и содержала список непонятных цифр и кодов. Поэтому сначала я прочитала другую страницу.

Уважаемый мистер Ван Вейк,

пенсионные отчеты, которые вы передавали мне за последние три года, – это ложь.

Слово «ложь» она вычеркнула и исправила на «неверны».

Я нашла один верный отчет на вашем столе и насторожилась, поняв, чем вы занимаетесь.

Дальше шли столбцы с цифрами, а потом снова ее почерк:

По моим подсчетам, вы украли не менее 900 000 рандов.

Было еще несколько исправлений. Наверное, это был черновик письма, окончательную версию она, видимо, передала ему. Она написала:

Я не буду на вас доносить. Но я хочу получить 33 % от украденных вами денег. 40 000 рандов сейчас и 260 000 к концу месяца.

Прекратите снимать сливки с фондов в течение следующих трех месяцев. Нынешний уровень потерь покроет страховая фирма, где застрахован пенсионный план. Но если вы продолжите в том же духе, супермаркет не сможет выплачивать положенные пенсии несколько лет, и сотрудники пострадают.

Я уничтожу доказательства вашего преступления, когда вы полностью расплатитесь со мной.

Я прочитала письмо дважды. Видимо, ее «доказательства» – это и есть колонки цифр на странице бухгалтерской книги о региональных пенсиях. Странно, что она участвовала в краже, но заботилась о благе сотрудников. Наверное, воровать можно по-разному.

Но сейчас некогда размышлять о морали. Из этих бумаг следовало: у Ван Вейка был весомый мотив убить Мартину. Вполне вероятно, он знал о ее любви к гранатовому соку и мог принести его ей вместе с другими покупками из супермаркета.