Книга Тетрадь князя Путятина, страница 55 – Елена Дорош

После нее многое станет очевиднее.

Егер не ошибся. Информацию о Скорняке Артузов не получил.

После шифровки, в которой говорилось о подозрении насчет японцев, Артузов сам пошел в шифровальный отдел и отправил сообщение агенту, работавшему под именем Гуанг. На китайском это означало – легкий.

Агент был наполовину русским, наполовину китайцем, что было дополнительной мотивацией для его подключения к операции. Он не выглядел чересчур азиатом, к тому же имел европеоидный цвет лица и не слишком бросался в глаза. Японским владел наравне с китайским, с русским и умело использовал особенности своей внешности.

Только ему можно поручить проверить информацию по японцам. Проверить максимально быстро и качественно.

Через пять часов Гуанг сообщил, что готов встретиться с тем, для кого собирал сведения.

Встречу с учетом цейтнота назначили на железнодорожном вокзале Люксембурга, равноудаленного от Парижа и Брюсселя, где работал Гуанг.

Они встретились в грузовой зоне на запасном пути между пустыми товарными вагонами.

Кама, одетый так, как выглядят добропорядочные буржуа по всему миру, вгляделся в человека в ханьфу – мешковатых пеньковых брюках и длинной широкой рубахе. Агент выглядел типичным китайцем, хотя черты лица говорили, что он метис, и, скорей всего, смешение было именно со славянской кровью.

Они произнесли условленный пароль, Кама приготовился слушать, но его визави начинать не торопился.

— Проход просматривается с обеих сторон, – оглянувшись, тихо произнес он. – Отойдем.

Они двинулись вдоль состава и, нырнув под вагон, оказались в узком тупичке между сложенными в штабеля досками.

Гуанг пропустил Егера вперед и, оказавшись у него за спиной, вынул из кармана нож. Он собирался всадить его ему в спину чуть выше поясницы, но не успел.

Стремительно развернувшись, противник схватил его за руку и резко дернул на себя, отклонившись при этом в сторону. Гуанг сунулся лицом в доски, выронил нож, зарычав, обернулся, и тут ему в челюсть прилетел нокаутирующий хук справа.

Гуанг свалился на землю, попытался встать, но был окончательно обездвижен коротким ударом в челюсть.

Очнувшись, Гуанг обнаружил, что противник оседлал его и внимательно разглядывает документы, вытащенные из кармана грязных китайских штанов.

— Как догадался? – просипел Гуанг, не пытаясь высвободиться.

— Место встречи выбирал ты. Не учел нюансы? А должен был учесть, – спокойно ответил Кама.

И, наклонившись к самому лицу, спросил:

— Я не спрашиваю, кто тебя перевербовал. Меня интересует, участвуют ли японцы в покупке информации, которую привез Путятин.

Не ответив, Гуанг резко выбросил руку с зажатым между пальцев узким лезвием. Он метил противнику в сердце, но тот опять его опередил, и через секунду лезвие вонзилось в шею самого Гуанга.

Инстинктивно он хотел зажать рану, но по-прежнему сидевший на нем Кама перехватил и отвел руку.

— Скажи: японцы в деле?

Гуанг выгнулся, пытаясь сбросить с себя противника, но только ухудшил свое положение. Кровь хлынула из горла, лишая последних сил.

— Японцы? – крепко сжав руки Гуанга, повторил Кама.

Гуанг запрокинул голову и, дернувшись в последний раз, затих.

— По-видимому, ответ – да, – произнес Кама, поднимаясь.

Покидая место схватки, он оглянулся на неподвижного агента.