Онлайн книга «Свитки со старого чердака»
|
Волк понуро опустил голову, с человеческой тоской глядя на яблоки. Те были, как на подбор: румяные, гладенькие, ни одного червивого. Мы оба знали, что такими они и останутся. Красивые, не тронутые гнилью, никому не нужные, они будут лежать в подполе вместе с яблоками прошлых лет — восход за восходом, закат за закатом, до скончания веков. — Ладно, пустое. Я взяла корзину, и мы с волком побрели по дорожке к дому. К земле благословенной Авторы: Анна Гале, Мария Костылева Марак Накануне в соседнем городе казнили алхимика Та-Гаруза, и уже к утру в Толемере об этом не знал разве что безногий портовый нищий, что был глух от рождения. Когда день переломился пополам, и жаркое солнце расплескалось по узеньким грязным улочкам, Толемер уже по самые шпили был затоплен слухами и пересудами. Говорили, что Та-Гаруз, когда его вели к помосту на главной площади, продолжал кричать о своей невиновности. Уверял, что не колдун он вовсе, а учёный, и что обращать свинец в золото научился лишь благодаря многолетним исследованиям и опытам… Та-Гарузу не поверили, и на закате он был сожжён на очистительном костре. Наверное, в обоих городах существовал лишь один человек, который принял слова старика на веру. Звали человека Мараком, и был он колдуном в седьмом колене, молодым, носатым и криворуким. Вслед за отцом Марак унаследовал небольшой дом, на первом этаже которого, для отвода глаз, находилась аптекарская лавка, на втором — пара комнат, а на чердаке — колдовские инструменты. Именно там и сидел Марак на следующий день после казни Та-Гаруза, склонив длинный нос над горою бумаг. Отросшая чёлка то и дело лезла в глаза, он раздражённо убирал её измазанными в чернилах пальцами и писал, писал… Если уж какой-то доморощенный учёный смог превратить свинец в золото, то уж потомственному чародею должно быть раз плюнуть сотворить что-нибудь в том же роде. Только понять бы, как… — Нет, белиберда какая-то! — по-женски тонкие пальцы Марака смяли листик с расчётами. — Эх, лучше бы отец научил меня делу вместо того, чтобы копить всякое барахло!.. Барахла на чердаке, и правда, хватало. Впрочем, барахлом оно было только с виду. Старое пыльное зеркало, например, могло показывать иные миры, если постучать по нему в определённом ритме. Неприметный стеклянный шарик на полке в умелых руках становился Провидящим Оком, способным показывать будущее. Кривая сухая палка была не чем иным, как магическим посохом Эраем. Марак потянулся к прозрачной бутылке, в которой таинственно мерцал синий туман. Это приспособление для сожжения ненужных бумаг отец почему-то называл кварной. Бормоча заклинание, колдун вынул пробку и выпустил туман наружу. Посиневший воздух принял форму пирамидки, после чего затвердел до такой степени, что смог отражать солнечный свет, бьющий в маленькое окно. Марак стукнул по пирамидке три раза; та недовольно поёжилась, будто живое существо, и выдала из вершины небольшой язычок голубого пламени. Марак меланхолично поднёс руку со смятым свитком к огню, и бумага вспыхнула. Ах, как хорошо было бы научиться превращать свинец в золото!.. Каким бы богачом он стал!.. С помощью небольшого заклинания Марак загнал кварну обратно в бутылку и, размышляя о золоте, уставился в окно. На противоположной стороне улицы, у ворот богатого особняка, стояла карета Арвеххов, в которую садилась дама в роскошном зелёном платье до пят. Лицо дамы постоянно скрывала вуаль. |