Книга Коллекционеры душ, страница 65 – Мария Борисова

Когда ткань на моей шее пришла в движение, ужас захлестнул меня с головы до ног горячей волной, и дальше я уже не отвечала за себя. Вцепившись в узел так и не развязанного платка, как в самую большую в мире драгоценность, я рванулась, подобно дикому зверю, разве что не зарычала. Попятилась, не сводя взгляда с ошалевшего от такого сопротивления Дольна, потом распахнула дверь и выскочила в ночь.

* * *

Он догнал меня на следующий улице, и какое-то время мы быстро шагали вместе, не говоря ни слова.

— Вот уж не подумал бы, что ты такая недотрога, — сказал наконец Дольн, издав неловкий смешок.

Я продолжала молчать.

— Ну ладно, прости. Я перегнул палку.

— Всё в порядке, — быстро отозвалась я.

И тут же скривилась от фальши. Как что-то может быть в порядке? За одну минуту мне довелось пережить столько, что казалось, я вот-вот разорвусь на кусочки, и кусочки эти разметает по ночным улицам Трабастана… неплохая, кстати, судьба для такой, как я. Жаль, что моих способностей не хватит, чтобы выкинуть что-то подобное.

— Давай забудем то, что случилось, — предложил Дольн. — В конце концов, статуэтка у нас. Я бы не хотел терять такого партнёра, как ты, из-за своих шаловливых ручонок.

Снова смешок.

Я только и смогла, что неопределённо «угукнуть».

В «Находку» мы зашли по очереди. Вернее, сначала внутрь вбежала я и поспешила по лестнице наверх, не ответив на приветствие Тарветы. Мне хотелось добраться до чердака, запереть дверь и никогда никого не видеть.

Сколько прошло времени, пока я мерила шагами свою маленькую комнатку — понятия не имею. Мысли мои, которые поначалу метались в голове вспугнутой мошкарой, постепенно всё-таки выстроились в некоторое подобие порядка.

Дольн мне доверял, это я знала наверняка. И обделять его доверием в ответ было неправильно, учитывая, что доверие с его стороны — это большой шаг, на который он не для каждого расстарается.

Значит, пришло время всё рассказать.

Вполне возможно, моя история могла бы подождать до утра. Но я — я не могла. Знала, что не засну. И почему-то была уверена, что у Дольна тоже с этим будут проблемы.

Он открыл дверь на стук практически сразу, словно стоял рядом. Или, может, собирался уходить?

— Нужно поговорить, — сказала я без вступлений, уже позже сообразив, что воспитанные люди в подобных случаях извиняются за позднее вторжение.

Дольн молча посторонился, и я вошла в уже знакомую мне комнатку. Газовый рожок лил свет на бледные стены, разгоняя по углам темноту.

Мы сели на его кровать, и я, повернувшись, молча развязала платок.

— Что это? — спросил Дольн после небольшой паузы. — Шрам?

— Да. След от удавки. Знаешь, развалины в «буром»… в районе Горру? Раньше там стоял большой дом в несколько этажей. Многие его называли Ульем.

— Проходил мимо как-то раз, — осторожно ответил Дольн, глядя, как я снова торопливо завязываю платок.

Разумеется, подумала я, приличные люди редко появляются в тех краях. А если появляются, то не признаются.

— Я жила там когда-то. Вернее, жила я на улице, но меня часто пускали в Улей, как самую маленькую из беспризорников. Я часто ночевала у них на чердаке, особенно зимой. Если было место, конечно.

— А… если не было?

— Если не было, то под мостом, там не так сильно дует ветер, и можно развести огонь. А когда я только сбежала из приюта, то жила в фабричном квартале, на западной стороне города. Там иногда можно было устроиться поближе к какой-нибудь котельной…