Онлайн книга «Роковой 53-й. Смертельные игры»
|
Авария, произошедшая 11 мая, говорит о неудовлетворительном положении с системой допусков на особо режимные объекты КБ-11, несовершенством инструкций о порядке выдачи и транспортировки особо важных грузов и наличием нетерпимой, преступной недисциплинированности среди некоторых работников объекта. Эти факты говорят о том, что Вы и некоторые другие руководящие работники объекта, недооцениваете еще в полной мере своей ответственности за порученное Вам Государством дело и не всегда помните о том, что малейший недосмотр или неточность в работе персонала объекта могут привести к чрезвычайно серьезным последствиям». И т. д. и т. п. … В этом тексте я выделила жирным шрифтом… не то чтобы ошибки — мелочи, вроде согласований. Если бы письмо после того, как его продиктовали, при перепечатывании редактировалось, эти места бы поправили. Стало быть, оно не редактировалось вовсе — как продиктовано, так и отправлено. И кто-то хочет нас уверить, что эти два отрывка и тот косноязычный поток сознания, который им предшествует, написаны одной и той же рукой?! Впрочем, насчет «руки» тоже вопрос. Графологическая экспертиза в данном случае, если она подтвердит авторство, доказывает лишь квалификацию изготовителей фальшивок. А если не подтвердит? Двое российских историков, А.Н. Дугин и В.Н. Шепелев, изучая этот вопрос, подвергли «письма из подземелья» графологической экспертизе, которую провел эксперт Е.А. Должанский. «Для сравнительного анализа ему предоставили ксерокопию июльского письма Берии, а также подлинник его же письма из другого фонда РГАСПИ. Для объективности оценки подписи Берии в обоих документах были изъяты. Эксперт установил различия по частным признакам почерка (в спорном тексте заглавная буква “Д” имеет петельку внизу, а в образце она отсутствует; заглавная буква “Я” существенно отличается от образца; верхняя часть прописной буквы “Ч” ровная, а в образце извилистая; первый элемент строчной буквы “л” не имеет дуги, в образце он петлевой…)» и т. д., там еще много написано. «Эксперт пришел к выводу о том, что “различающиеся общие и частные признаки почерка существенны. Устойчивы и составляют две различные индивидуальные совокупности признаков почерка”, а значит, автором текста письма в Президиум ЦК КПСС “является одно лицо, а автором образца — другое лицо”»[17]. Зачем были нужны «письма из подземелья» — понять нетрудно. Они «доказывали», что Берия после 26 июня был жив. Ну и попутно служили средством обработки партийного общественного мнения — вот, мол, этот Берия не только подлый и двуличный гад, но еще и трусливый. Это если они были написаны позднее. Но можно ведь и по-другому взглянуть на эти бумаги. О чем в них говорится? Человек не имеет ни малейшего представления, за что его взяли и посадили в подвал, он уверен, что с ним собираются расправиться без суда и следствия. А кто собирается? Военные, вестимо… И зарождается такая прелестная мыслишка: а если эти бумаги были еще и страховкой партийной части заговорщиков на случай неудачи? Это не мы устроили переворот, это генералы ворвались на заседание, захватили одного из нас и убили. Он же пишет, что с ним хотят расправиться. Почему его не удалось найти и освободить? Потому что эти мерзавцы в погонах убили нашего дорогого Лаврентия Павловича. Это они во всем виноваты, наследнички Тухачевского, а мы ни при чем, они над нами с пистолетами стояли, что мы могли-то… |