Книга Продавец крови, страница 98 – Александр Долгирев

Через три квартала мужчина нырнул в один из дворов, да так стремительно, что оперативник на мгновение его потерял, однако он быстро нашел нужный поворот и успел увидеть, как объект вошел в отделение милиции.

* * *

Иван Фомич зябко потер руки. Сегодня была первая по-настоящему холодная ночь, и Фомич сразу понял, что зима уже совсем рядом. Он прожил на свете уже пятьдесят семь зим, но их приход каждый раз оказывался для него разочаровывающей неожиданностью.

Ночное дежурство прошло спокойно. В глубине души Фомичу хотелось надеяться, что это от холода, но в действительности, конечно, все было несколько проще – просто повезло. Значит, не повезло какой-то другой смене, и это Фомич тоже понимал. Сарычев, продремавший бо`льшую часть ночи, сменившись, уже ушел. Фомич сам разрешил ему отдыхать – у него у самого все равно сон не шел, а молодому Сарычеву еще выпадут его бессонные ночи.

Собственно, Фомича в отделении тоже ничего не держало. Смену он сдал, следующая у него была дневная, но это завтра. Однако домой не хотелось. Пускай там сейчас никого и не было, и была возможность поспать в тишине. Ну или не поспать – почитать, послушать приемник, позаниматься заброшенным рисунком, но все равно почему-то не хотелось уходить. Он не мешал заступившим Иванову и Нелепову, просто читал газету, делая вид, что забыл уйти.

Неожиданно в дверь ввалился крепкий мужчина. Фомич оторвался от газеты и случайно пересекся с гостем взглядом. В следующий миг мужчина опустил лицо, но даже одного мгновения Фомичу хватило, чтобы он понял, что сейчас может произойти что-то очень нехорошее. Злоба этого человека была такой сильной, что ее можно было почувствовать кожей. Старый милиционер напрягся, ожидая чего угодно, вплоть до того, что мужчина начнет стрелять. Однако тот лишь прошел в помещение, встал по центру комнаты и заговорил совершенно бесцветным голосом:

— Младший лейтенант Белкин, Московский уголовный розыск. Мне нужно позвонить.

Одновременно он показал документы, зачем-то поочередно повернувшись к каждому из троих находившихся в комнате милиционеров. Так как все заняло не больше пары секунд, дежурные опешили, и первым нашелся именно Фомич:

— У вас за спиной аппарат, товарищ Белкин.

Младший лейтенант кивнул и, не глядя больше ни на кого, подошел к старому телефонному аппарату, который многое повидал, прежде чем очутился в отделении милиции. Иванов с Нелеповым переглянулись в нерешительности, и Фомич понял их – товарищ Белкин не сказал, чтобы милиционеры вышли, но и оставаться не очень хотелось – понятно же было, что следователь не с мамой собирался разговаривать.

Все так же, не обращая ни на что внимания, Белкин начал звонить. Из трубки послышалась приглушенная женская речь. Младший лейтенант ответил все тем же бесцветным голосом, похожим на лязг механизма:

— Соедините с Петровкой, 38. Это очень важно. Да, с дежурным номером.

Через несколько секунд женский голос сменился на мужской.

— Младший лейтенант Белкин. С кем говорю? Доброе утро, Яков Григорьевич. Слушайте внимательно: по адресу Желябова, 13, в двадцать седьмой квартире обнаружено тело гражданки Рысиной. Нужен Пиотровский. Слышите меня, Яков Григорьевич? Скажите, что это связано с бескровными трупами – он поймет. Пускай Таратина с собой возьмет, если тот появился.