Книга Дневник убитой женщины, страница 156 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Гуров помолчал пару секунд, глядя в сторону телескопа. Круглый глазик окуляра понуро смотрел куда-то под ноги полковнику угрозыска.

— Скажите честно, вы брали документы Коменчук?

Казарновский подскочил на месте.

— Вы опять?!

— Простой вопрос.

— Говорю же, нет! С чего?!

— У вас неприязнь к Марине и Анне, хотели им навредить. Или же хотели бороться за свою дочь и пытались узнать, что на уме у «подружек».

Он свесился вперед, зажмурил глаза и, упершись локтями в ноги, стиснул голову между кулаков. Затем распрямился, прочистил легкие глубоким вдохом, посмотрел на сидевшего напротив оперативника отсутствующим взглядом.

— Это вам Анна про меня сочинила?

В пустых глазах медленно разгоралась решимость, лицо приняло суровое выражение.

— Не юлите, Даниил Иванович! — велел Гуров. — В уголовном розыске не дети малые работают, у нас не полагаются на слова одного-единственного человека. Мы работаем по сумме улик и показаний. И в настоящий момент нам необходимо проверить вашу причастность к краже, чтобы двигаться дальше. Исчезновение документов совпало с убийством вашей дочери. Следует выяснить, нет ли между преступлениями связи. Так что в ваших интересах рассказать правду, чтобы не тормозить расследование.

— Конечно, простите, — стушевался он. — Нет, документов Коменчук я не трогал, вообще не представлял, что у нее при себе какие-то бумаги. Думал, просто погостить заехала к Марине, порадоваться вместе с ней возвращению дочери. У вас есть еще вопросы?

— Пока нет. Но поскольку вы родитель покойной, мы еще не раз будем к вам обращаться.

— Хорошо. Я не против. С вашего позволения схожу за диском с фотографиями.

Он неуклюже поднялся с дивана. В комнату вернулась Батурина и, увидев, что муж уходит, застыла, озадаченная:

— Что происходит? Ты куда?

Он вздохнул, чмокнул жену в щеку и, промямлив что-то неразборчивое, удалился. Гурову давать объяснения Батуриной и вовсе не хотелось; он резким движением вскочил на ноги и быстрыми шагами приблизился к ней.

— Это флешка? Благодарю вас.

Он протянул руку. Растерявшись, женщина часто заморгала и нерешительно положила накопитель в раскрытую ладонь полковника.

— Вы наблюдательная женщина. Можете поделиться со мной впечатлениями о доме Марины, о царящей в нем атмосфере? Что из происходящего там вызывает у вас настороженность?

К удивлению Гурова, она задумалась, не вывалила немедленно ворох обвинений и подозрений.

— Меня всегда смущало, что ее гости Калугины не живут в гостевом доме, а занимают главное здание. В этом есть нечто странное и противоестественное. Они лишают личной жизни не только ее, но и себя.

Лев Иванович об этом как-то не задумывался. Ему казалось естественным, что манипуляторы разместились под одной крышей со своей жертвой, чтобы надежно держать женщину под контролем. Хотя нельзя не признать, что Лариса отчасти права. Неужели их устраивает, что Казарновская, возвращаясь с работы, постоянно крутится рядом?

Даниил вернулся быстро, полковник забрал диск и посчитал, что задерживаться далее нет необходимости. Когда Гуров покидал квартиру, Батурина выскользнула следом на лестничную площадку и прикрыла за собой дверь. Приблизив лицо к лицу Гурова, почти буквально нос к носу, женщина взволнованно зашептала:

— Знаю, вы мне ни на капельку не поверите, но Анна, которая Коменчук, пыталась соблазнить Даниила. Он не стал при мне поднимать этот вопрос, думает, я не в курсе. Но я следила за ними. Пока еще Даня был женат на Марине, Коменчук вынашивала в отношении его планы, а когда дело дошло до развода, Анна активизировалась с еще большей энергией. Предложение обобрать Марину до нитки содержало в себе больше, чем идею, как отобрать бизнес. Не надо верить мне на слово, просто посмотрите файл. Сами увидите то, что отказывается видеть Даня.