Книга Беспощадный целитель. Том 4, страница 88 – Константин Зайцев

— А кто сказал, что они нормальные, Лина? — Ого, а тут вступила Алиса. — Алекс помог мне понять, как побеждать, и вот я среди вас, хотя слабее любого. Может, мы перестанем тешить своё эго и признаемся, что каждому из нас нужна эта победа? Никто из нас не настолько крут, чтобы в одиночку добиться победы, другие школы круче нас, но разве это повод прогибаться под них?

Хант с улыбкой смотрел на Алису, и я читал его мысли. Единственный, кто может воздействовать на Торн, — это Алиса. С Эйрой — классовая ненависть, мы с Дэмионом — грубые мужланы-отморозки, а Алиса слабее её, но при этом всё равно не сдаётся.

— А знаешь, Четырёхрукая, ты права. Я готова драться вместе с вами…

— Прекрасно, детишки. Вы наконец-то осознали, что можете победить только вместе. Среди охотников есть традиция давать каждому позывной. Так что начнём.

— А что тут начинать, всё понятно и так. — Торн перебила Ханта, но тот спокойно это позволил. Девочка только что почувствовала себя частью команды, и это надо поддерживать. Связь только сформировалась, и сейчас главное — ничего не испортить.

Лина указала на Эйру:

— Ледышка, по мне идеально подходит. Как и Отморозок для Дэмиона.

— Тогда ты Колючка? — с лёгкой улыбкой ответила Эйра.

— Колючка? — Торн на мгновение задумалась. — Меня частенько звали занозой, но Колючка мне нравится больше. Годится. С Четырёхрукой всё понятно, а кто у нас Доу?

Ответом ей была улыбающаяся Эйра, которая произнесла лишь одно слово:

— Мертвец.

Неделя пролетела совершенно незаметно, сливаясь в сплошную череду тренировок. Каждое утро в семь мы начинали отрабатывать общекомандное взаимодействие, а потом шли учиться, чтобы вечером заняться индивидуальной отработкой. Я продолжал вести дневник наблюдений и с каждым днём успокаивался всё больше: ядро стабильно регенерировало по полтора процента, и, несмотря на траты на тренировках, у меня всё ещё было больше пятидесяти процентов наполненности. Из плюсов — каналы крепли с каждым днём, а тело наконец-то начало набирать мышечную массу, которой ему так не хватало. Ещё килограммов восемь — и я перестану выглядеть как жертва многолетней голодовки.

Алиса оставалась каждый вечер и тренировалась как проклятая. Зрящая поняла, чего хочет, и теперь шла к своей цели, не взирая на препятствия. Она несколько раз пробовала приносить мне еду, но я пресёк её попытки, и теперь мы каждый раз ужинали вместе едой, которую готовил я. Потратив немного денег, я приобрёл кухонную утварь и теперь, уходя на тренировку, ставил огромную кастрюлю, в которой томились куриные кости.

В этом мире нет мастеров, которые могли бы определить судьбу человека по его дате рождения, а я всегда был слаб в этой науке, но мне хватало навыков, чтобы определить ведущий элемент личности и как это использовать. Мир делится на свет и тьму, так говорят имперские философы, но мои изыскания говорят о другом. Не свет и тьма, а скорее активное и пассивное действие. Кто-то скажет: как действие может быть пассивным? Но это великий принцип недеяния. Не «ничего не делать», а делать ровно столько, сколько нужно, и ни каплей больше. Вода не толкает камень — она обтекает. И через тысячу лет камня нет, а вода течёт.

И любая из пяти первооснов каждого из миров имеет две грани. Моя основа — металл, но металл недеяния, или же инь, как его называют горные мудрецы. Именно благодаря своей сути я и пришёл за Владыкой Преисподней Металла. Моя основа позволила пройти мне туда, куда не могли пройти другие, и убить этого ублюдка, но кто же знал, что он воспользуется связью с моим элементом личности и спрячется внутри моей души.