Книга Беспощадный целитель. Том 4, страница 86 – Константин Зайцев

Хороша. Нет, серьёзно, она действительно была хороша. Отличный боец-тактик. В отличие от меня и Дэмиона она работала аккуратно и очень быстро. Воздух в её руках был действительно оружием, но она использует его слишком однообразно — впрочем, это беда всех учеников внешнего круга, им просто не хватает знания. Ей бы добавить техник Кайла для ускорения атак и быстрых отходов, тогда она была бы намного опаснее. Но чего нет, того нет.

Третья плеть была уже серьёзной атакой. Тугая, с оттяжкой прямо в колено. Её любимая мишень, её коронный удар. Тот самый, которым она подрубила Фокса.

Ноги знали, что делать. Стопа начала уходить — два пальца вправо…

И остановилась, повинуясь моей воле. Плеть врезалась в колено, и моё сознание затопила волна боли. Такая яркая и сочная. Спрессованный воздух ударил точно по внешней стороне сустава. Нога подогнулась. Я охнул — громче, чем нужно, потому что именно такую реакцию она ждала.

— К демонам…

«Зачем?» — ядро дёрнулось, как обеспокоенный зверь, и Владыка Металла вылез из своего логова.

А затем урод, что меня учил, одной простой вещи: лучшая ловушка — та, в которую жертва входит с чувством победы. Торн повелась и теперь она в моей власти.

Я это видел не по её глазам, а по тому, как кричит её тело. Микросдвиг центра тяжести вперёд, буквально на три сантиметра. Расширившиеся зрачки. Чуть приоткрытые губы. Она почуяла кровь. Почуяла слабость. Тело само подалось в атаку, как собака на запах страха. Умничка, ты всё делаешь правильно — и поэтому ты уже проиграла.

Четвёртая плеть била в висок, и одновременно она сформировала воздушный кулак в солнечное сплетение. Две техники, да ещё так уверенно и быстро, что мне хотелось ей аплодировать.

Кулак прилетел в грудь. Я отлетел на шаг, выдохнул с хрипом. Рёбра загудели, принимая на себя её атаку, почти как струна гуциня, которую дёрнули слишком резко.

— Доу! — раздался испуганный голос Алисы, но я уже поймал ритм Лины, которая наращивала скорость, думая, что добивает меня.

В меня летело ветровое лезвие, горизонтальное, на уровне бёдер. Идеальный тайминг, быстро и красиво. Она выдала свой максимум и не поняла главного: всё, что было до этого, — театр, в котором я играл свою роль, а теперь пора открыть ей глаза.

Ядро запело от предвкушения. Словно оно чувствовало, что я скучал по этому. По моменту, когда противник вкладывает всё — каждую каплю энергии, каждый процент контроля, — и ты видишь, как мир замирает на выдохе, и знаешь: сейчас. Именно сейчас нужно нанести удар.

Лао Бай называл это «тишина перед прыжком».

Нырок. Вперёд и вниз, прямо под лезвие, чтобы оно прошло над спиной. Я почувствовал, как оно срезало кончики волос, взметнувшихся от моего движения. Всё вокруг было пропитано её энергией, и я вдохнул этот воздух полной грудью, чтобы ощутить вкус победы.

Торн отшатнулась, но было слишком поздно. Я уже был внутри. Внутри её мира, её пространства, того уютного кокона из дистанций и углов, в котором её плети были оружием. Здесь, на расстоянии ладони, они были бесполезным хламом.

И вот тут я окончательно позволил себе перестать притворяться и взорвался.

Мне хватило одного удара ладонью снизу вверх прямо в солнечное сплетение. Без всех этих картинных замахов, только правильный разворот бедра, скручивание корпуса и лёгкий удар на выдохе. Будь я жестоким, она бы уже улетела с переломанными рёбрами, но она нужна мне для победы, поэтому мой удар был мягким и почти нежным.