Книга Беспощадный целитель. Том 3, страница 55 – Константин Зайцев

— Ты хочешь сказать, всё идёт куда выше. — Она кивнула и продолжила говорить:

— Судя по данным, Садовник — не просто покровитель Штайнера. Исходя из объёма платежей, он контролирует как минимум треть операций Гильдии в графстве. — Она ткнула в строку. — Вот — ежемесячные транши, растут каждый квартал. А вот — переписка, где Штайнер отчитывается. Не просит, а именно отчитывается, как подчинённый. Это кто-то из руководства, Алекс.

— Насколько высокого?

— Достаточно, чтобы утверждать охотничьи лицензии, распределять бюджет и влиять на назначение егерей. — Она открыла другой файл. — Смотри. Список разломов, классифицированных как «низкоприоритетные» и оставленных без наблюдения. А вот — маршруты «Искры» с карты Штайнера.

Она наложила одно на другое. Совпадение — почти стопроцентное. Маршруты проходили через зоны, где Гильдия «не тратила ресурсы» на патрулирование. Идеальные коридоры для контрабанды.

— Он не просто крышует Штайнера, — сказал я. — Он выстроил систему. Расчистил маршруты, убрал патрули, создал слепые зоны. Штайнер — исполнитель. Садовник — архитектор.

— Именно. И это не всё. — Она открыла третий файл. — Вот это я вскрыла полчаса назад. Зашифрованная папка, финансовый документ под названием «Проект Парник».

— Парник?

— Ага. Это многомиллионный бюджет. На то, что тут называется «стабилизация разломов». Кто-то целенаправленно работает над тем, чтобы научиться управлять разломами. Не закрывать, а именно управлять. Контролировать, когда они открываются, где и какой мощности.

Меня как холодной водой окатило. Управление разломами. Если кто-то научится открывать трещины по своему желанию, это оружие, против которого нет защиты. Хочешь уничтожить город — открой С-класс в центре. Хочешь убрать конкурента — Е-ранговый разлом в его спальне. Хочешь неиссякаемый источник «Искры» — контролируй поток тварей, чья кровь есть сырьё для наркотика.

— Если это правда…

— Если это правда, — она закончила за меня, — то Садовник строит собственную империю. Гильдия — прикрытие, а разломы — инструмент. И мы только что залезли в самую середину его паутины. — Она помолчала. — Может, отдать всё властям? Полиции, прессе?

— Нет. Если он контролирует треть Гильдии, то у него есть люди везде. Информация уйдёт не туда, и вместо расследования получим пулю в затылок.

— Тогда что?

— Копаем дальше, но без какого-либо риска. Ты — лучший аналитик, которого я знаю. Мне нужно его настоящее имя, реальные контакты и доказательства, которые невозможно опровергнуть. Когда будет всё, тогда мы найдём того, кому можно доверять. А пока молчим.

— Хороший план, я согласна. А ты что собираешься делать?

— Ближайшие дни? — Я откинулся на диване. — Восстанавливаться. Готовиться к турниру. Делать вид, что я обычный школьник с разбитым ядром, который и мухи обидеть не может. — Усмешка. — А потом выйти на арену и показать одному самоуверенному мальчишке, что калеки тоже кусаются.

— Ты ненормальный, — сказала Мира, но в её голосе была не укоризна, а нежность пополам с гордостью.

— Возможно. Но, знаешь, я точно знаю, чего хочу.

— И чего же?

Я смотрел на эту женщину и понимал, что сейчас хочу только одного…

Ночь, проведённая с Мирой, помогла не только мне восстановить ещё немного энергии, но помогла и ей. Психика этой женщины была крепче брони императорского гвардейца, но даже ей нужна была разрядка после всего того, что она умудрилась пережить. Не каждый день молодую девчонку похищают, пытают, а потом она видит кровавую бойню, которую устроил её любовник, чтобы её спасти. И вишенкой на торте — открытие разлома, от одного вида которого у большинства людей может поехать крыша, но не у неё. Не знаю, что она успела пережить до знакомства со мной, но она действительно большая умница.