Книга Город мертвого бога, страница 239 – Алекс Феби

— Обязательство, говоришь? – переспросил Пэдж, скатывая свиток; вероятно, он заметил, что тот привлек к себе внимание пса.

Но Анаксимандр уже увидел все, что ему нужно было увидеть, и уже прослеживал уникальный запах свитка вдоль линии, уводившей прочь из комнаты. У него имелось рабочее предположение, что пергамент был принесен сверху, с холма, оттуда, где находились лучшие дома Торгового конца, внутри одного из которых он еще недавно был вынужден служить. После того как с текущим делом будет покончено, он собирался разыскать то место, где этот свиток находился прежде, отправиться туда и разузнать точное значение написанного на нем, поскольку существовала связь между свитком и, через мать Тривза и самого Тривза, обетом службы его сотоварища, Сириуса. Пока что свидетельства предполагали, что мать Тривза и была этой Клариссой, а сам Тривз – названным бенефициаром завещателя.

Тем не менее оставалось еще обязательство, данное им хозяйке распивочной, а Пэдж задал ему вопрос. При данных обстоятельствах – под угрозой смерти, исходящей от крупной волшебной собаки, да и любого подобного существа, – большинство знакомых Анаксимандру людей начало бы издавать запах человека, боящегося за свою жизнь, который весьма легко распознать. От Пэджа, однако, не пахло ничем таким, чем не пахло до того, как угроза была произнесена, словно подобная перспектива ничуть его не обеспокоила; возможно, он чувствовал легкое любопытство, но определеннно не слишком сильное.

Анаксимандр не мог откровенно рассказать все Пэджу, поскольку это выдало бы хозяйку распивочной (а вместе с ней и ее сыновей), являвшуюся в данном случае его нанимателем, пусть и второстепенным, вследствие чего он должен был принимать во внимание любые аспекты, которые могли отразиться на ней и причинить ей неудобства; однако он мог по меньшей мере описать вопрос в общих чертах, чтобы по реакции Пэджа оценить вероятное развитие их отношений.

— Совершенно верно, – отозвался пес. – Я согласился выполнить некое обязательство, во исполнение которого должен буду предоставить свидетельства вашей гибели.

Пэдж облизнул губы и кивнул:

— Понятное дело, у человека полно врагов, особенно в таком деле, как мое: постоянно вступаешь в конфликты с людьми как раз такого сорта, какие способны нанять диковинного зверя, чтобы он выполнил за них грязную работу. Ну что ж! У меня есть предложение. Бывает, что люди выкупают долги других людей, надеясь, что им удастся взыскать их там, где это не удалось первоначальному заимодавцу. Точно так же можно выкупить и данное другим человеком – или собакой – обязательство. Я куплю у тебя обязательство убить меня, ты вернешься к своему нанимателю и дашь ему ту цену, которую заплачу тебе я. Таким образом ты выполнишь свое обязательство общепринятым и удобным путем взаимного обмена. Ну, что скажешь? За ценой не постою!

Анаксимандр сразу же распознал уловку: под столом Пэдж заряжал пистолет, двуствольный; запах пороха добавлял наполнявшим комнату миазмам перечный оттенок.

— Вы можете заплатить мне этим свитком, – сказал пес, не столько надеясь, что цена будет принята, сколько для того, чтобы заставить Пэджа сделать паузу, тем самым дав ему самому больше времени для действия.

Пэдж действительно остановился, и поскольку его мозг, в отличие от Анаксимандра, не подвергался магическому усовершенствованию, его анализ разнообразных возможностей протекал гораздо медленнее, сопровождаясь подергиванием за кудряшки и разглядыванием результата в маленькое зеркальце, которое он достал из кармана. В любом случае его рефлексы были гораздо медленнее. Анаксимандр прыгнул на него через стол, выпустив когти и обнажив зубы, угрожая сразу по двум фронтам: нанести вред либо свитку, либо самому Пэджу.