Книга Город Госпожи Забвения, страница 257 – Алекс Феби

¹ [Примечание] Если это писалось с намерением польстить, то нужно было приложить побольше усилий! С учетом того количества форм (к этому прилагаются предшествующие для вашей информации), которые потребуются. Как бы то ни было, я улыбнулась одной «из моих улыбок» и отправила запрос в соответствии с пожеланием осведомителя, но никакое количество изящных благодарностей ни на йоту не продвинет дела на земле. Надеюсь, доброе дело хотя бы отчасти будет продвинуто, но полевая практика состоит в стирании IT записей перед постановкой новой цели для минимизации сбоев при перегрузках. Возможно, система удалила всё, что было не из этого блокнота, хотя мы и возражали. Может быть, Хаммураби решила НАВЕСТИ ПОРЯДОК, как я предполагаю. Как бы то ни было – я согласна: 12.16 представляется мне ключевой секцией с юридической точки зрения. Никто не может быть одновременно лишенным сана полубогом и потенциальной Хейли-Бет (если только ты не знаешь будущего). Может спасти ее от дыбы или привести на нее.

Не убивайте меня, но я обращаюсь с просьбой о связи с разъездным судом Авангарда. Для нас обеих. Я хочу слезть с этой виселицы. И последнее: не могли бы вы из состраданий размещать свои замечания в квадратных скобках [Примечание], а не как дополнение к описанию? Когда я просматриваю примечания в поисках ваших, они не сразу попадаются на глаза, потому что вы оставляете их там, где они не должны находиться. Всё это печатается уставшими пальцами. Я уже просила об этом.

² [Примечание] Еще бумажная работа. В поле нет никакой бумажной работы… Шутка. Вы знаете, я ненавижу конфронтации, а потому стараюсь заранее снимать напряжение.

8.7912.44 – копия документа из Хранилища Ассамблеи «Б»; кат. номер 8.1345.23; (с аннотациями и анализом обстоятельств); источник – осведомитель; автор Хейли-Бет Хизер Проуз; [*8.7912.20 разрешения] в работе.

¹ [состояние: см. скан] Разочаровывающая ночная работа. Прогресс, достигнутый на прошлой неделе касательно манипуляции весь сведен на нет. ВНУТРЕННЕМУ ГЛАЗУ не хватало фокусировки, и я думала, всё дело в этом, но теперь чувствую, что виновато было внешнее воздействие. Посмотрела, куда направлен якорь, чтобы найти полную реверсию состоянию холста. Первое допущение: отказ якоря, чрезмерная вера в метод, но вторичные маркеры всё еще на передней линии. Второе допущение: приближение приливного наката, но на дальних образцах никаких указаний на это нет. Третье допущение: естественная реверсия холста, однако такая реверсия в маркированном диапазоне неравномерна. Четвертое допущение: вмешательство холста. Думаю, он чувствует нарушение его телесного пространства. Ощущение это контринтуитивное, поскольку он мертв, но оно не учитывает неполную синхронизацию холста и материального царства. Все мои траты зависели от нейтральной экспериментальной среды. Если четвертое допущение верно, то мне придется при каждом входе усиливать СЛЕПОТУ. Значительные последствия для ресурсов и источников Искролиний. Жалею, что столько времени отдала Грязи – могла бы каждый день прожигать меньше линий и спасти работу. Теперь придется израсходовать не одно поколение на заклинания, которые их не требуют. Или питать множество низкосортных линий, чтобы предотвратить избыточность. Может быть, небольшое облегчение – вся эта отчетность². [На обратной стороне] И все эти усилия ради того, чтобы сохранить такую мелочовку. Не допустить повышения моей температуры не должно быть делом таким же трудным, как это, с учетом всех сквозняков. Если бы я умела делать половину того, что делает Порция, или хотя бы одну десятую, то я бы построила склад для их хранения, но поскольку я такая, какая есть, мне приходится расходовать ценное время ГЛАЗА, продвигая детородных и отказывая всякой швали, а еще больше времени уходит на квалификацию отобранных. Оно того стоит, конечно. Даже учет отходов, на это отводится комната на год, может, на два, при прежней скорости, и даже шесть месяцев, если есть сопротивление холста. Я не могу тратить на сбор больше времени, чем трачу сейчас, но сарафанное радио приносит мне новые источники, а потому, если я буду использовать их с умом, то смогу минимизировать возвраты. Я знаю, что я сказала, но якорь был таким прорывом. Я думаю, он был НАСТОЯЩИМ прорывом. Уж лучше пусть холстовик действует против меня, чем якорь окажется пустой надеждой. Я чувствую, что приближаюсь. Когда я там, возникает ощущение правильности, и холст знает. Я учусь его читать. Он бы назвал это мистицизмом, выдаванием желаемого за действительное, но там нахожусь я, а не он. А чего он вообще добился в жизни? Ничего самостоятельно он не добился. Одно везение… Да и бог с ним. Я знаю не хуже его, что если он просто встанет и стряхнет с себя все эти невзгоды, то я никогда не перестану улыбаться. Если ты можешь прочесть это из тех глубин, в которых скрываешься: Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, ТЫ, ИДИОТ. Зачем ты вынуждаешь меня делать это? Я должна избавиться от червей; Я должна слушать тебя. Ты знаешь, что они делают? Ты не можешь чувствовать стыд? Помнишь Балкон Явлений? Беседку? Полпенсовый Мост?