Книга Город Госпожи Забвения, страница 134 – Алекс Феби

— Сколько еще?.. – начал было Соракс, но Аринн не позволила ему закончить, напротив, она своими петлями принялась сталкивать его в проулок, где кутерьма была пожиже.

Продвинувшись на некоторое расстояние по проулку, она стала спускаться в безымянный подвал со скользкими ступенями, поросшими мхом, и капающей со стенок сточной водой, и, добравшись до двери, произвела кодовый звук своей погремушкой, после чего замерла в ожидании. Соракс без понуканий приблизился к ней, услышал позади себя какой-то шум, а когда дверь чуть приоткрылась, он ринулся туда вперед головой, задев ухом о дверную раму.

— Прошу прощения, – сказала Аринн персоне, которая, как понял теперь Соракс, возникла перед ними. – Мы хотим увидеть Сенешаль.

Человекоголовый змей в дверях отполз чуть в сторону и движением головы показал на другую дверь справа, куда им нужно идти, Аринн тут же двинулась туда, а Соракс пополз рядом.

В коридоре, в котором в конечном счете оказалась Аринн после нескольких спусков и подъемов по шесту, было несколько одинаковых дверей. Это напоминало дешевый отель, и, как и во всяком дешевом отеле, из дверей доносились разные звуки; каждый, казалось, принадлежал какой-то безвкусной мелодраме, разыгрывающейся в далеких от приватности условиях тонких стен. Они слышали крики, рыдания, стуки и стоны, мигал свет, придавая всему особенную и опасную атмосферу.

Соракс не принадлежал к тому виду человекоголовых змей, у которых выработан иммунитет к тревоге. Ему теперь казалось, что он вел замкнутую жизнь, и когда две человекоголовые змеи вылетели из открывшейся двери и схватились в коридоре, лупя друг друга головами и выкрикивая проклятия, Соракс готов был броситься прочь отсюда. Аринн пришлось посмотреть на него умоляющим взглядом, она своим выражением лица давала ему понять, что понимает его чувства, но оно того стоит и делается ради Крена. К тому же куда ему теперь бежать, если выход заблокирован.

К счастью, препятствия самоудалились в своей драке, их борьба привела их назад в комнату, из которой они появились, дверь за ними громко захлопнулась. Соракс заскользил по ковру в кровавых пятнах и последовал за удаляющейся Аринн.

Она остановилась в конце коридора и произнесла какие-то слова на неизвестном ему языке. Дверь открылась, и в проеме возникла одиозного типа змея с головой женщины, а может быть, змея очень женоголового типа мужеголовых змей. Когда он или она заговорило, этот вопрос закрыть не удалось, особенности используемого им или ею языка представляли собой смесь мужской и женской формы, голос у него был хриплый – что свидетельствовало о многолетнем злоупотреблении кальяном, – и говорило оно низким шепотом. Оно – Соракс в уме остановился на нейтральном местоимении для этого существа – наносило на лицо женскую пудру, но череп при этом имел ярко выраженную мужскую форму, в нем присутствовала аура насилия, что подчеркивалось, а не скрывалось, избыточным применением лицевой косметики.

— Это, – сказала Аринн Сораксу, после того как она коротко поговорила с женоголовой на неизвестном ему языке, – Сенешаль.

Сенешаль – это слово ничего не говорило Сораксу – оглядело его с ног до головы, то высовывая, то убирая язык и быстро мигая. Его мутные глаза имели красный ободок, зубы подгнили.