Книга Дополненная реальность. Новый пользователь, страница 25 – Алевтина Варава

Светка ревела всю перемену, остальные ходили в разной степени офигения. Шайка Славки – в ахуе. А вот они, угнетаемые, – в каком-то боязливом, недоверчивом ликовании.

Пашка – сокрытым героем. Бедные шпионы! Делают доблестные для целой Родины поступки, и никому не похвастаешь! Тут вон для одной школы, и то распирает. Но рассказывать никому и ничего было нельзя, это Пашка понимал прекрасно. Нельзя, потому как если Марципанникова за дымовуху выперли, то и Пашку могут. А не выпрут, так со свету сживут. Этого нам не надобно. Опять же, узнай Славка, кто его подставил, может и покалечить. Почему-то в этом Пашка был уверен.

Приложение дало не только десять баллов за розу, но ещё и нового льва и первый «икс».

Физкультуры, считай, и не было, все обсуждали исключение Славки на свежем воздухе, а физрук по секрету рассказывал, какие похожие штукенции они вытворяли с однокашниками в школе. Физрук у них был зачётный и с чувством юмора.

К алгебре Мирошина стала реветь как-то иначе. Злобно, что ли? И бабий гул вокруг неё тоже тональность изменил. В мыслях, по мнению ИИ, Светка только как-то путано, и всё больше матом, пидорасила Марципанникова на все лады. Пришлось подслушивать ушами.

В общем, оказалось, что эта дура позвонила Славке поблагодарить за розу. И в ответ услышала всё, что он думает о её умственных способностях, а заодно и о разумности баб в целом. Розу Светке порекомендовали сунуть себе в задницу, а Славка стал для неё уже не героем-изгнанником, а самым лютым врагом.

Соколов-младший был доволен, как слон.

После информатики Светка объявила во всеуслышание, что с настоящим дарителем розы согласится встречаться, кем бы он ни оказался. Это, конечно, всколыхнуло Пашкино мужское естество, но он был не дурак, чтобы повестись на такую провокацию. Тем более потом Светка прибавила: «Даже если это, блин, Лебедев», – и весь класс покатился от хохота, а сам Лебедев сделался пунцово-зеленоватым.

Кроме того, у Пашки было о чём подумать и без Светкиных буферов. Потому что очередной квест повелевал ему позвать на свидание Людмилу Пионову из 9-го «А» класса. И сулил за это аж пять сотен баллов.

Кто такая Пионова Пашка понятия не имел. Но нашёл её в контакте. Выглядела шикарно, и не на девятый класс, а на весь одиннадцатый. Когда его такая пошлёт, все ржать будут. К счастью, приложуха не уточняла, что звать её нужно прилюдно. И что Пионова согласиться должна – тоже не значилось.

Но от того было не легче. На последнем уроке он так и этак представлял себе грядущее унижение. Смотался к расписанию в холл, подкараулил девятый «А» на втором этаже у двадцать шестого кабинета. Нашёл Пионову по аватарке. В жизни она была ещё неприступнее, чем на фотках. К такой Пашка бы ни за что не подошёл.

Впрочем, он бы вообще ни к кому ни за что не подошёл, если честно. Хотя очень хотел.

Приложение, уже давшее овна после информатики, всучило Пашке ещё одного. А потом англичанка двойку влепила. Добралась-таки до заданных на каникулы слов, которые Пашка и по-русски прочитать не удосужился.

После школы попытался пойти на мировую Толик. Похоже, жаждал общения ввиду глобальных перемен, постигших их класс. Но Пашка рассудил: делать вид, что это реально Марципанников отличился с дымовухой, будет чересчур мучительным испытанием. И от Толика отморозился.