Книга Осколки будущего, страница 406 – Алевтина Варава

Аню тащили прочь от этого лютого чудовища – вместе с остальными. За занавесом чумные маски застыли в полумраке. Они не слушали никаких увещеваний и без затруднений держали лишённых магической силы пленников.

В принцессе Авелилона закипала паника. Это будущее?! Во что же она превратится? Что с императрицей? Её искусали бешеные монстры? Или это из-за радиации? Что за дичь происходит вокруг?! Как могли они таким обернуться?!

— Пустите! – вырывалась Тина. – Вы же воины! Ваша правительница сошла с ума! Или вы не видели, на что она похожа?! Отпустите же!

— Сейчас мы вас отпустим, – раздалось позади.

Аня дёрнулась так резко, что заныла шея. К ним приближались лысая Тутэлла и императрица. Последняя тяжело дышала, её гудроновые очи сверкали. Острые кости на плечах и ключицах пропали – зияли только рваные раны. Крылья тоже куда-то исчезли, да и клыки стали меньше. С распоротой верхней губы сочились рубиновые капли. Зрачки всё ещё казались щёлками, в них полыхала ярость.

Императрица шагнула к схваченным воинам. Она подняла коготь-полумесяц указательного пальца правой руки, окунула его кончик в язву над сердцем. Потом полоснула по груди Аню. Пленница вздрогнула от обжигающей боли – на коже набухла красная линия. Ту же манипуляцию императрица проделала с другими.

— Кровь настоящего и кровь прошлого смешаются вне времени, – повторила она.

— Одумайтесь! – проскулила Аня. – Мы же способны вместе всё исправить! Мы поможем вам, но не так… Пожалуйста, подумайте…

— Она придёт, чтобы освободить про́клятый остров от захватчиков…

— Успокойтесь, Ваше Величество, – произнесла лысая Тутэлла, – вам вредно злиться до рождения принцессы.

— Шестнадцать лет покоя, – огрызнулась императрица. И велела: – Выпустите их в город.

После чего пошла прочь.

— Постойте! Объясните хотя бы, кто ваш враг? Чего он хочет? Как действует? Погодите…

Лысая Тутэлла бросила туман, и чумные маски поволокли их в золотые клубы.

Новый отрезок коридора не был пуст: по колена в белой поволоке стояла, опираясь на одну из арок, Натали будущего. Она вскинула свои опухшие от слёз слепые глаза на Жаклин.

— Сестрёнка! – выдохнула Натали и метнулась вперёд, безошибочно чувствуя ту, к кому стремилась. Она обхватила удерживаемую масками пленницу. – Жаклин! Милая моя! Прости меня! Я знаю, ты поймёшь! Так нужно! Нужно… Милая моя… Скажи, что ты меня простишь, потому что я сама никогда не прощу себе этого! Я сотни лет не нахожу покоя…

— Так должно быть? – спросила Жаклин.

— Не поддавайся! – в ужасе выкрикнула Аня. – Это же безумие!

— Да, Жаклин, так должно быть, – горячо зашептала Натали в ухо сестры, не разжимая лихорадочных объятий. – Это наша судьба. Я люблю тебя. Больше всех на свете. Я ни на один миг тебя не забывала…

— Натали! Натали, помоги нам! – зачастила Аня. – Надо исправить это страшное будущее! Пожалуйста! Это твой долг! Я приказываю тебе! Слышишь?! Я твоя принцесса! Я приказываю тебе, Натали!

Женщина подняла голову, сжав руками лицо сестры, и поцеловала ту в губы.

— Ты должна, – дрогнула она, почти не дыша. – И я должна.

— Чей это ребёнок? – приглушённым голосом спросила Жаклин.

— Лесты, – не отрывая слепого, едва ли не пульсирующего взгляда от глаз сестры, ответила Натали. – Прости меня.

Воины в масках развернули их к закрытым Воротам. Сзади нависла Тутэлла.