Книга Глубокий рейд. Голова, страница 97 – Борис Конофальский

«Ну что тут скажешь… Красота, а не машина. Конечно, в лодке было бы Насте с Наталкой тяжело».

— Бать, - говорит Олег, выглядывая с заднего дивана. – А когда ты дашь мне порулить?

— Как рассветёт, - отвечает Саблин. И улыбается. Ему и самому нравится управлять этой огромной, но такой послушной и лёгкой машиной.

— Ой, Олег, обожди, погоди, сынок, - язвит с соседнего сиденья Настасья, - дай папке порулить, он ещё и сам не наигрался.

— А сама-то чего цветёшь? – косится на жену Аким и усмехается. - Пустили её в дорогую машину… Ты погляди на неё, ещё и разоделась, как на бал в офицерскую столовую. Намылилась… Едет она… родственникам пыль в глаза пускать.

Но говорит он это без намёка на злобу, он косится на жену:

«Она ещё ничего такая… Красивая. А ведь бабкой скоро уже будет».

— Да, в кои веки раз оделась по-человечески! В гости же еду, – чуть с обидой говорит Настасья. – А то хорошую одежду покупаю, так и лежит ненадёванная. Вот сапоги… Гляди, - она поднимает ногу, - сколько лет лежат, а я их третий раз только надеваю. Иной раз думаю: купила их – так и не сношу, похороните меня в них.

— Ну как скажешь… В них так в них, - обещает ей Аким.

— А тебе меня лишь бы похоронить, - притворно злится жена. А Саблин лишь посмеивается и ничего ей на то не отвечает.

Дети смеются на заднем сиденье, слушая эту перепалку родителей. Так и ехали они навстречу встающему солнцу, пока совсем не рассвело, и тогда отец остановил машину на обочине.

— Олег, ну что, поведёшь?

— Да, бать, - сразу отозвался сын.

Саблин помог сыну настроить кресло и сам уселся на место жены, которая ушла к дочери.

— Передачи знаешь?

— Помню, бать.

— Сцепление резко не бросай, сильно на газ не дави, мотор очень мощный, аккуратно с ним. Сначала езжай прямо по обочине и, главное, не спеши.

— Понял, бать, – говорит Олег, сидя на водительском кресле.

Глава 28

Ехали и вправду не спеша; даже когда через час Саблин сменил сына, всё равно гнать и обгонять большие грузовики в пыли не стал, поэтому свернули на север к Антонову хутору только к одиннадцати дня. Тут уже, хоть и дорога была похуже, но поехали побыстрее. Встречных машин почти не было, да и попутных тоже, никого обгонять было не нужно. Пыли было меньше, чем на большаке.

И вскоре барханы из жёлтых превратились в бурые – верный признак принесённой ветром красной пыльцы, признак близости болота. А затем появились сначала засаженные тыквой участки, а потом и дома поселения. Станица Болотная была небольшой и не очень богатой, а хутор… Вот, к примеру, если в Болотной был свой полк с шестью сотнями бойцов, то в Антоновом хуторе набиралась всего одна сотня для семнадцатого полка. Иной раз её использовали как отдельную или сводную сотню за номером сорок шесть. Насчитывалось на хуторе около ста пятидесяти бойцов, в общем, поселение было небольшим. И находилось оно на мысе, чуть уходящем в болото. С одной стороны, место нехорошее, но с другой стороны, земли под посадку было вдоволь, народу-то немного, а ещё улов в полцентнера весом был здесь делом обычным, Саблин про то неоднократно слыхал, да хоть от собственного зятя Андрея, и то было понятно, рыбаков-то здесь намного меньше, чем в других станицах. Чтобы наловить рыбы как следует, не нужно тащиться по болоту несколько часов.