Книга Глубокий рейд. Голова, страница 78 – Борис Конофальский

— Ладно, - говорит он и начинает вылазить из лодки. И говорит уже деду: – Приду с ключом… Может, завтра.

— Так что же… Приходи, коли ты Олегу товарищ, - сразу соглашается дед Евгений. И тут же просит: – Аким, а дай-ка мне ещё сигаретку, а то та скурилась вся, а я её чего-то толком и не распробовал.

Сабли снова и без разговоров достаёт уже почти пустую пачку.

Они укутали лодки брезентом, попрощались со смотрителем и пошли к квадроциклу. И причём Саня шёл и молчал. Лодки прятали под брезент – он молчал, сейчас опять о чём-то думает… Когда это было, чтобы младший урядник всё делал молча? У него же всегда есть что сказать, и всегда пара мыслей в голове вертится, которые ему не терпится обсудить хоть с кем-нибудь. А тут молчит… Дошли до квадроцикла, тут Аким и спрашивает у товарища:

— А ты чего притих-то?

— Да ничего… - отвечает Каштенков. – Вот думаю, ты опять куда-то собираешься. Куда – не говоришь, вот и размышляю…

— Да это всё то же дело, – говорит ему Саблин. – Закончить надо. А то… Савченко подвёл, конечно… Думал, привезу ему груз, он и расплатится… А видишь, как вышло… Я с Денисом-то рассчитался за рейд, ну и с Васей рассчитаюсь, а аванс на то весь уйдёт, а ещё рацию, ремонт брони нужно оплатить…

— Лодку ещё нужно новую, - напомнил ему зам.

— Да, ещё и лодка… - Аким вздыхает. – Вот и получается, что нужно ещё кое-что сделать.

— Опять, значит, в рейд? – интересуется Каштенков.

— Придётся. Сам-то не очень хочу, но деваться некуда… Говорю же, лодку новую нужно, - отвечает Саблин.

— Опять на Камень собираетесь? – как бы между прочим интересуется его заместитель.

Саблин ничего на этот раз ему не отвечает. Просили его Пивоваровы никому не говорить о деле, да Каштенков и сам всё понимает.

— А пойдёшь с кем? – продолжает Сашка.

Это и есть главный его вопрос.

— Саня, ну на кого я ещё взвод оставлю?

— Да нет… Оно понятно… - почти сразу отвечает Каштенков.

— Короткович меня и так с должности выгнать может, а если мы сразу после смотра вдвоём сядем в лодку, да и уедем в болото, уж точно обоих попрёт из сотни, – объясняет ему прапорщик.

Как тут захотелось ему рассказать товарищу про всё. И про то, почему они сейчас чужие лодки смотрели, и про ящики со странным товаром, и про настырных и неприятных разведчиков, и про хитрую бабёнку Елену из станицы Преображенской, и про Пивоваровых, интересных супругов-врачей, про которых в станице никто толком ничего не знает. А знать про них обществу, как казалось Саблину, надо бы. И, конечно, про голову Савченко. Хотя бы для того, чтобы услышать хоть какой-нибудь совет. Узнать хоть чьё-то мнение про все эти странные дела. Но ничего это, естественно, Аким рассказать товарищу не мог. И он лишь повторяет: – Выгонит, Сань, и прав будет.

— Да всё я понимаю, Аким. Просто мне бы тоже в рейд сходить, мне деньжата не помешали бы… Курятник жена просит побольше. Да и аккумуляторы новые в дом нужны. Старые ещё от отца половина, не держат тока совсем… Но это я так, к слову… Я ж говорю, всё понимаю, взвод нам обоим оставлять никак нельзя. Короткович и вправду шутить не будет… Вправду выпрет.

— Слушай! – тут Саблин вдруг оживился. – А знаешь что?..

— Что?

— Ну, раз ты взвод на себе тащишь весь месяц один, - тут Саблин делает паузу, – содержание взводного за месяц я тебе отдам.