Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 25 – Анастасия Королева

Саймон замер у двери, нерешительно потоптался, а потом всё же тихо постучал. Ответом ему была тишина. Он подождал пару минут и постучал вновь, уже куда настойчивее. Снова тишина.

Я начала нервничать. Что, если в этом поместье вообще никто не живёт? Хоть и выглядит оно на первый взгляд вполне добротно, моих опасений это не умаляет. Охранник постучал в третий раз и, о чудо, в окошке забрезжил тусклый огонёк, который с каждым мгновением становился всё ярче и ярче. Дверь открылась, и на пороге появилась сухонькая женщина почтенного возраста, с громоздкой лампой в руках. На её голове красовался объёмный кружевной чепец, из-под которого торчали непослушные волосы. Она обводила заспанными глазами всех собравшихся и никак не могла сформулировать вопрос. Наконец, когда она собралась с мыслями, то скрипучим голосом произнесла:

— Чего вам нать… люди добрые? – про добрых людей она добавила после небольшой заминки, словно словами этими она хотела внушить Саймону, что он именно добрый человек, который не задумал ничего худого. Или это она себя пыталась в этом убедить? Поди, разбери.

Мужчина не растерялся, посторонился и, указав на приоткрытую дверцу кареты, торжественно заявил:

— Так хозяйку вам привёз, госпожа.

Старушка подслеповато прищурилась, потом улыбнулась и с кокетливой усмешкой отмахнулась:

— Да какая же я госпожа, сынок? – и только потом до неё дошёл смысл первых слов. – Какую такую хозяйку?

Вот, чего я и опасалась – именно их Хэмлин предупредить обо мне и забыл. Ничего, главное, что особняк вообще жилой, с остальным, думаю, мы справимся.

— Как, какую? – Саймон совершенно не растерялся. – Молодую супругу герцога Уилбурга, конечно же!

С торжественностью он всё же немного переборщил, потому что женщина покачнулась, так что охраннику пришлось её ловить, и пролепетала:

— Да как же так? Нас же никто не известил… Малыш Хэми женился?

Малыш Хэми – звучало поистине великолепно. Сначала за моей спиной подозрительно хрюкнула Лили, а после и я не выдержала. Нет, только подумать. Малыш Хэми! Смеялись мы тихо, пытаясь вовсе подавить свой смех. Один только Алекс совершенно не понимал причину нашего веселья, поэтому чуть-чуть отодвинул меня и первым вышел из кареты.

Его появление произвело на женщину ещё большее впечатление:

— Это что же, он её ещё и с довеском взял?!

Тут я не выдержала, засмеялась уже в голос, хватаясь за живот и при этом пытаясь сберечь свою многострадальную ногу. Лили тоже всхлипывала, но старалась делать это тихо, чтобы никто, кроме меня, её не услышал.

Саймон же не знал, куда ему деться. И старушку не бросишь, и меня бы из кареты вынести нужно. Он вымученно вздохнул и признался:

— Да нет же, это служка.

Поразительно, как всего пара фраз изменила настроение женщины, она отлипла от охранника и бодро поковыляла к карете. Остановилась у дверцы и поклонилась до земли, от чего чепец ещё больше съехал набок:

— Простите, госпожа, меня же не предупредили, а то б я и встретила, и… – она подслеповато щурилась, поднимая выше лампу, что была у неё в руках. Осмотр, который она произвела, оставил женщину довольной. Она улыбнулась куда смелее и, пожевав беззубым ртом, отдала приказ: – Чего застыли? Надобно госпожу в дом проводить. Вот, сюда, за мной. Идёмте!