Книга Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех!, страница 176 – Анастасия Королева

Поднимаю голову и смотрю на мужчину. В его глазах – отражение моей грусти, только связана она с другим. С чем именно, он озвучивает спустя несколько секунд:

— И тогда я не встретил бы тебя?

Холодная волна зародилась где-то в затылке и покатилась вниз. Мои губы сложились в какую-то неестественную, деревянную улыбку.

— Может быть, так было бы лучше? – вопрос сложный, полный боли и сомнений. Мне, в самом деле, больно. Почти на физическом уровне. Хочется закрыть глаза и очнуться в своей старенькой квартире или не очнуться вовсе. Лишь бы перестать терзать что себя, что мужчину этими глупостями.

— Для кого? – даже не скрывая злости, бросил он.

Смотрю на него, как на несмышлёного ребёнка:

— Для всех. Ты хотя бы понимаешь, сколько мне лет? В настоящей жизни я выгляжу, как старуха, да что там, я старухой и являюсь, – мучавшие меня мысли прорвались и я слегка повысила голос. – А ты… – тут смелость моя испарилась. Надо бы замолчать, а то чего доброго, признаюсь ему в любви. А он из жалости признается ответно. Нет-нет, вот этого мне точно не нужно.

— Что – я? – Хэмлин не выдержал, поднялся и подошёл к креслу, так что мне пришлось поднять голову, что посмотреть ему в глаза.

— А ты молод, красив и, наверняка, ещё встретишь ту, которая не только телом будет идеальная, но и душой. У вас же есть тут разводы? Я бы могла…

Я не договорила, потому что меня рывком подняли на ноги и буквально впечатали в своё тело. Обдали горячим, даже огненным дыханием и торопливо заговорили, буквально касаясь своими губами моих:

— Никогда. Слышишь? Никогда не говори, что ты не та, кто нужен мне. Я уже большой мальчик и в состоянии решить, с кем хочу быть.

Пока он произносил это, моё сердце набирало обороты. Заходилось лихорадочным бегом, неслось вперёд, даже не думая останавливаться.

— И тебя, – прошептала, потому что голос совсем не слушался, – совсем не смущает, что я вдвое старше тебя?

Хэмлин усмехается и в его взгляде появилась щемящая нежность:

— Это меня беспокоит в самую последнюю очередь, куда больше я боюсь, что однажды придёт день, и вернётся настоящая хозяйка тела, а ты… исчезнешь.

Выходит, каждого из нас мучают свои страхи? Мысль я не додумала, потому что муж сократил и без того крошечное расстояние и поцеловал меня. Без нежности, без сомнений, погасив заодно и мои терзания тоже. Поцелуй был… Страстным. Таким, будто мы были утопающими, теми, кто мог найти спасение лишь в этих горячих прикосновениях, в смешанном дыхании, что обжигает и утоляет жажду одновременно. Поцелуй был таким, каких со мной не случалось прежде.

Ноги подкашивались, в ушах шумело и я стояла лишь благодаря тому, что Хэмлин крепко держал меня. И предложи он продолжить, я бы вряд ли отказала, просто потому что не смогла бы, но… Спустя, кажется, целую вечность, он отстранился. Упёрся своим лбом в мой.

Мы дышали шумно, будто пробежали спринт и пришли первыми. А в душе расцветало робкое, но такое притягательно чувство счастья. Не удовлетворения, нет, физиология требовала своего и жар всё ещё пульсировал внизу живота, обжигая все внутренности, вот только телесные ощущения и душевные – совершенно разное.

— Не так, – хрипло усмехнулся Хэмлин, будто ответил на невысказанный вопрос.

— Не так, – согласилась с ним и улыбнулась, а вместе с тем и покраснела. Просто почувствовала, что и без того раскрасневшееся лицо, вспыхивает сильнее. Как бы не сгореть вовсе.