Книга Ведьма для опального Генерала, страница 45 – Анастасия Королева

— Знаешь, что, ведьма? — наконец, произнёс он. — Что-то я передумал, не так уж я и покалечен. Само пройдёт.

Я с трудом сдержала улыбку, и произнесла уже примирительно:

— Не бойся, ничего я тебе не сделаю. Мне и самой теперь хочется испробовать свои силы.

С трудом поднялась, и сделала осторожный шаг в его сторону. Мохнатый наблюдал за мной настороженным взглядом, но попыток сбежать больше не предпринимал. Я присела возле него, теперь имея возможность рассмотреть масштаб повреждений. Светлячки вернулись и закружились вокруг нас, давая достаточно освещения. Помимо грязной шерсти и царапины на носу, по всему телу были видны маленькие ранки от острых зубов. Собственное плечо начало зудеть, но я отмахнулась от лёгкой боли. Как бы я не была зла на Мяуса, а вылечить беднягу стоит, раз уж и такое умею.

Опустившись на колени, произнесла:

— Командуй, что надо делать.

Хвостатый верить мне не торопился, но спустя минуту сдался.

— Руку на меня положи и глаза закрой, а там силу внутри себя почувствовать надо, она подскажет, что делать.

На словах звучало просто, осталось проверить, как оно на деле получится.

Я осторожно коснулась ладонью мягкой шерсти, потом прикрыла глаза и замерла, пытаясь найти ту самую неведомую силу. Внутри меня, если так можно сказать, была тишь да гладь. Ничего необычного. Совсем.

— Да не пыхти ты, — пробурчал кот. — Просто почувствуй…

И вот на этих словах перед глазами вспыхнули алые искры. Яркие, словно кто красками плеснул на белый холст. А потом где-то под рёбрами появился холод, но вовсе не обжигающий, или доставляющий какой-то дискомфорт. Наоборот, он будто бы был родной и такой важной частью меня… Это, как встретиться с близким другом, которого ты не видел много лет, и безумно по нему скучал, но осознал это лишь посмотрев в его глаза, ощутив крепкие объятья, почувствовав тот самый запах…

Тело наполнилось лёгкостью, пропали усталость и чувство страха. Всё пропало, осталась лишь я и моя сила. Мне хотелось улыбаться и смеяться в голос, хотелось закружиться в танце и обнять весь мир, хотелось… да много чего, но всему приходит конец. И моя эйфория тоже закончилась, вернув меня из заоблачных далей, на грешную землю. В ночной лес, где напротив меня сидел Мяус, с ошалевшим взглядом. Вокруг него полукругом собрались светлячки, они, казалось, тоже были немало удивлены.

— Что? — спросила с подозрением и принялась ощупывать себя руками. Мало ли, может, у меня рога выросли? Хотя рога — это не про ведьм же? Тогда что? Нос скрючился? Лицо бородавками покрылось? Постарела лет на сто?

— Ни-че-го, — медленно растягивая каждый слог, смог из себя выдавить белобрысый, когда затянувшееся молчание стало вовсе неприличным.

— Ничего? — уточнила, прищурившись. — А чего тогда вы застыли, словно памятники?

Хвостатый тряхнул головой, будто прогоняя наваждение. Потом осмотрел себя, попробовал наступить лапой на землю, и только после этого выдал:

— А я никогда не сомневался, что ты очень сильная ведьма!

Да? И почему я была не в курсе его уверенности?

— Что-то я не припомню, чтобы ты мне такое говорил, — отозвалась ворчливо и почесала зудящее плечо. Ушедшая эйфория забрала вместе с собой и ощущение силы, вернулась усталость, а страх заменила раздражительность.