Книга Натуральный обмен, страница 213 – Татьяна Солодкова

— Какого черта происходит? — с ходу набросился на меня Рейнел. — Министры, как один, твердят, что ты написал признание, размахивают какой-то бумагой. Совсем сбрендили... — Гердер оборвался, заметив выражение моего лица, побледнел. — Только не говори, что ты на самом деле это сделал!

Я пожал плечами.

— Сделал. Извини.

У Рейнела глаза на лоб полезли.

— Что значит «извини»?! — взвился он. — Эридан, ты в своем уме?!

— Меня зовут Андрей, — спокойно напомнил я. — Хватит ломать комедию.

Гердер оглянулся, опасаясь, что меня кто-то услышит.

— Пусть слушают, — успокоил я. — Умереть я хотя бы могу под своим настоящим именем.

— Да какой — умирать!.. — воскликнул Гердер, потом снова себя прервал, пытаясь взять себя в руки. — Чем они тебя взяли? — серьезно спросил он.

— Ты же сам видел, Холдер представил доказательства на площади, — попробовал я выкрутиться.

Рей скривился.

— Это-то представление? Мел сразу сказал, что это все чушь, стоит тебе только запросить повторную проверку, он покажет нужное отображение аур, и ему, в отличие от неизвестного выскочки, поверят. Так что не держи меня за идиота, и сам им не притворяйся, — взявшись обеими руками за прутья, Гердер практически прижался к решетке. — Говори, чем они тебя шантажировали? Кому из нас они угрожали?

Как все-таки хорошо он меня знал, сразу понял, что угрожать мне могли только кем-то из близких.

— Рей, — я покачал головой, — это не важно. Я принял решение. Так нужно, так правильно. В признании написал, что действовал один, никто ничего не знал, так что вас тронуть не должны.

— Кому из нас они угрожали? — он вдруг просунул руки между прутьев и схватил меня за грудки. — Кому? Говори.

Я скосил глаза на его кулаки под своим горлом и ровным голосом попросил:

— Отпусти.

Рейнел уставился мне прямо в глаза, будто пытался найти в них ответ, потом резко выдохнул, отпустил меня, отступил на шаг назад и только потом громко выругался.

— Ты кретин, — простонал он.

— Взаимно, — огрызнулся я. — Ты думаешь, ты у нас один жертва бродячая? Это мое решение, и я имею на него право.

— А ты о Карадене подумал? — снова взвился Гердер. — Ты что не понимаешь, как ты важен для королевства?

На это у меня уже был ответ.

— Рей, я один человек, всего лишь один человек. Вот если бы я погиб в Союзе Правобережья, это было бы проблемой, потому что могло повлечь за собой войну. Теперь ничего страшного не случится. Министров интересует только Столичный Округ, а провинции сейчас сильны как никогда, во главе каждой из них стоят умные талантливые люди.

— Ладно, допустим, — не сдавался Гердер. — А Эйнира? Ты о ней подумал?

— Ты о ней позаботишься, — уверенно ответил я.

— Она ТЕБЯ любит, идиот ты этакий!

Любит, и я ее люблю. Но и она, и все мои друзья останутся живы. Да, Эйнире будет больно, но она это переживет. Это самое главное. Если бы я не сдался сейчас, начав с Рейнела, они бы дошли и до нее, и до мага с монахом — до всех, кого я люблю, — пока не добились бы своего. Поэтому лучше обрубить все разом, и хотя бы обезопасить дорогих мне людей. История Георга и его сына все же многому меня научила. Я понял, что королевство королевством, но семья дороже всего.

— Рей, все уже сделано, — сказал я, — у Сакернавена документ, написанный моей рукой и с моей подписью. Нечего тут больше обсуждать.