Книга Натуральный обмен, страница 101 – Татьяна Солодкова

— Я тоже об этом думал, — ответил друг, — и министры, наверняка, тоже. И я даже не исключаю, что они могут сами продать некоторые провинции вместе с их жителями. Территории продаются ничем не хуже обычных товаров. А вот насколько министры рассчитывают... На их век хватит вполне. Процесс разорения страны идет уже десять лет, еще лет на пятьдесят, поди, затянется, а может, и на все сто. А потом уже их потомки и будут думать, за счет чего обогатиться им.

— Но ведь это... — я был так шокирован и одновременно возмущен, что не смог подобрать слов. Глупо? Жестоко? Бесчеловечно? — ...Неправильно.

— Сейчас принц ты, и только в твоей власти повернуть этот процесс.

— Но для этого нужно тыкнуть меня во все это носом? — понял я.

— Наглядность лучше любых слов, — Рей пожал плечами. — Я очень люблю эту страну, и надеюсь, что ты сможешь полюбить ее так же сильно, как я. Но любить слепо тоже нельзя, ты должен знать ее истинное лицо. А еще знать, что я не один такой романтичный патриот, таких, как я, много, и наша с тобой цель как раз найти и собрать вокруг себя как можно больше таких людей.

— «Наша с тобой», — протянул я. — Ты ведь все равно все уже решил без меня и знаешь, что я никуда не денусь.

После этих слов Рейнел молчал дольше.

— Об этом и речь, — сказал он потом. — Если ты просто будешь что-то делать, потому что так нужно или потому что я так сказал, тогда лучше ничего не начинать.

Я ничего не ответил, провожая взглядом, скрывающееся за холмом поселение. Что я мог сказать? Трижды ударить себя пяткой в грудь и пообещать, что я полюблю Карадену всей душой и умру, но подниму ее с колен? Да, такое окончание разговора было бы логичным и, наверное, правильным. Но я не хотел врать своему лучшему другу, даже говоря то, что он хотел бы услышать. Я так не чувствовал. Карадена не моя Родина, я чувствовал жалость, грусть, желание помочь, но точно не любовь. Полюбить мир, в котором я обречен быть не по своей воле? Вряд ли? Возможно? Со временем? Но не сейчас.

Рейнел тоже замолчал. Не знаю, понял ли он причину моего молчания или же решил, что мне нужно подумать, но тому, что этот тяжелый разговор закончился, я был рад.

Несмотря на то, что ездил верхом я неплохо, мне еще не приходилось проводить в седле столько времени. С непривычки это было действительно тяжело, и я только радовался про себя, что Багряная Карадена одна из ближайших провинций — путь до нее из Столичного Округа составлял меньше недели.

Мы продвигались быстро, нигде надолго не останавливаясь. Ночевали на постоялых дворах. Таких оказалось множество и в крупных деревнях и в мелких городах, попадающихся нам на пути. Свое имя я не называл, и люди, казалось, не узнавали во мне наследника престола. Думаю, тому виной то, что никто не смог бы предположить, что принц выехал бы за пределы дворца с таким незначительным сопровождением и без кареты со знаменами. Мне же путешествие инкогнито было только в радость. При въезде-выезде на территорию крупных городов, разумеется, стража на воротах просила документы, а потом почтительно кланялась, но в них мы и не останавливались, чтобы лишний раз не тревожить градоуправителей, которые во что бы то ни стало устроили бы бучу из-за приезда наследника.

За время пути я познакомился со всеми из сопровождающей нас десятки. Несмотря на суровый внешний вид, большинство из них оказались очень даже общительными людьми. И мы весело проводили привалы и ночевки, коротая время за беседами и интересными историями, которых у членов нашего отряда оказалось в избытке.