Книга Счастливчик, страница 111 – Татьяна Солодкова

Умываюсь ледяной водой, расчесываюсь новенькой расческой, только что вытащенной из полиэтилена. Не от Изабеллы ли мне досталась страстная любовь к порядку?

Замираю перед зеркалом, с опаской вглядываясь в собственное лицо. Что еще мне могло передаться от нее? Какие сюрпризы прячутся в моей ДНК?

— Тайлер, ты скоро? — раздается из-за двери.

Первое желание — ответить, что у меня запор, и ей придется подождать.

— Уже иду.

Первое — не значит верное. Мне подспудно хочется постоянно ей дерзить, но с этим нужно заканчивать, иначе мы и в правду останемся на Пандоре до конца своих дней.

Нет уж, у меня учебный год скоро начнется.

* * *

— Куда мы идем? — спрашиваю.

Мы уже несколько минут движемся все теми же серыми коридорами. Изабелла подхватывает меня под локоть и, кажется, чувствует себя совершенно расслабленно, здоровается с встречающимися по дороге людьми, улыбается. Меня коробит от ее прикосновения, но пока терплю и делаю вид, что все в порядке вещей, тоже улыбаюсь в ответ на удивленные взгляды.

Попадающиеся навстречу — в основном мужчины, все, как один, коротко стрижены и чисто выбриты, черные формы наглажены. Встречаются и несколько женщин, они тоже в черном, с аккуратными прическами и с чересчур бодрыми для утра выражениями лиц. Я явно не вписываюсь в обстановку со своими отросшими волосами, мятой одеждой и заспанной физиономией.

— Завтракать. Куда же еще? — удивляется Изабелла моему вопросу. — Запоминай дорогу. Завтрак у нас всегда в восемь. Опоздания не приветствуются.

Ясно, прямо кармическая сестра Джонатана. График — наше все.

Мы входим в большое помещение с длинными столами, по обеим сторонам которых стоят невысокие скамьи без спинок. Здесь вкусно пахнет свежей выпечкой и еще чем-то, чем — понять не могу, но запах тоже приятный.

В помещении много людей, не меньше пятидесяти. Мужчин больше, женщин человек десять. Также две женщины на раздаче еды за невысокой перегородкой у противоположной от входа стены. Они тоже в черной форме, но с повязанными поверх нее белоснежными фартуками.

Итак, Изабелла любит графики, чистоту, порядок и безупречный внешний вид, чего требует и от своих подчиненных. Жаль, поблизости нет Лэсли, он бы живо сделал психоанализ ее личности.

Она проводит меня к перегородке.

— Мила, Нина, — представляет женщин в фартуках. Меня встречают удивленными улыбками и приподнятыми бровями. — Мила, Нина, это мой сын, А… Тайлер, — ей все еще хочется назвать меня Александром. Звала бы уж Мэтью, раз ей так нравится это имя.

— Здравствуйте.

— Здравствуй, — нестройно отзываются женщины.

Они похожи между собой, вероятно, мать и дочь, обе черноволосые и черноглазые, с одинаковой формой носа и бровей. Нина не старше двадцати, она подвижная и гибкая. Миле около сорока, но у нее тоже отличная фигура, лишь немногим шире в талии, чем у дочери. Если не присматриваться к лицу, их можно было бы даже принять за сестер.

— Доброе утро, — вежливо улыбаюсь.

Нина рассматривает меня с любопытством. Ее взгляд напоминает взгляды очередных новых одноклассников, когда я впервые появлялся на занятиях, сменив школу.

— Иза, умеешь ты удивить, — комментирует мое появление Мила и толкает дочь локтем в бок. — Отомри, дуреха, — и персонально мне: — Тут не так много молодежи, — словно извиняясь за повышенное внимание дочери.