Книга Предвестники Мельтиара, страница 78 – Влада Медведникова

Незнакомый голос проговорил:

— Но разве мы не должны… – И я открыла глаза.

— Кто ты, предвестник? – спросил Мельтиар.

Его голос звучал холодно и отрешенно. Воин, обратившийся к нему, отступил на шаг и опустил взгляд.

— Я Элтани, – сказал он. Бывший скрытый, в вышитой рубашке, с золотой булавкой в воротнике. – Я следил за Эли во дворце. Я надеялся…

— Посмотрим, – ответил Мельтиар. – Я разберусь, но мне нужно время. А сейчас его нет – мы еще не освободили побережье. – Он обернулся к нам и приказал: – Идите в машину. Мы вылетаем.

Борта закрылись, зеленые огни пробежали под потолком.

Я сидела неподвижно, смотрела, как пальцы Амиры скользят по пульту, как клавиши вспыхивают под рукой Рэгиля. Я старалась ни о чем не думать, ничего не чувствовать – кроме силы, струящейся по телу машины, словно кровь; кроме магии, переполняющей ружья, рвущейся на свободу. Вот-вот прозвучит голос Мельтиара, скажет, куда лететь, и мы помчимся в битву.

И я не буду думать ни о чем, кроме войны.

Мы ждали слов Мельтиара – но он появился сам. Возник рядом со мной, там, где всегда сидел Лаэнар. Вихри темноты прошли по кабине и исчезли.

Я не успела сказать ни слова, Мельтиар привлек меня к себе, и я замерла, уткнувшись ему в плечо, не в силах заговорить ни мысленно, ни вслух. Его боль, устремление и непреклонность пронзали меня, словно звездная дорога, путеводный луч.

— Он назвал мое имя, – сказал Мельтиар. – Но ничего не вспомнил.

— Совсем? – еле слышно спросила Амира. – Но сможет вспомнить?..

— Да, – ответил Мельтиар. – Я найду способ.

Его сила вливалась в мое сердце, и жажда битвы разгоралась, затмевала все. Наш народ ждал шестьсот лет, чтобы вернуть себе дом. Я буду ждать Лаэнара, я буду сражаться, я отомщу за всех, кто не дожил до этого дня. Я не отступлю.

— Мы не подведем тебя, – сказала я и почувствовала ясно как никогда: это правда.

— Только они? – спросила Аник. – Ради них погибла половина отряда?

Я не мог понять, она изменилась, или воспоминания обманывали меня. Черные косы, резкие жесты, решительный взгляд, но голос звучал словно издалека и был темным, как пасмурная ночь. На лице свежий шрам, повязка на руке, пропыленная и порванная одежда… Словно не десять дней прошло, а несколько лет.

— Мы больше никого не нашли, – возразил Тин.

Он не изменился.

Я все еще не мог поверить, что они пришли в Атанг за мной.

Ночь приближалась, подступала со всех сторон. Она скрыла столицу, скрыла дорогу, следы копыт. Мы растворились, превратились в тени, прошли незамеченными мимо врагов, но нас могут догнать, найти, без труда.

Там, в Атанге, на площади, Тин окликнул меня. Выстрелы и крики не заглушили его мысль – она прострелила мою душу, наполнила легкие болью и дымом. Я не мог тогда откликнуться – я уже пел.

Я пел и сейчас. Песня теней текла еле слышно, мой голос сплетался с голосом Нимы, незримый покров обволакивал наш отряд. Мы прятались в стороне от дороги, у подножия холма: я, Нима, Лаэнар, Тин, Аник и четверо ее ополченцев.

Песня слабела, но я все еще пел, чужие голоса долетали до меня сквозь сплетение теней.

— Потерять десятерых, чтобы спасти троих? – Голос Аник становился все темнее, все жестче. – И двое из них волшебники, а один вообще… Ради этого мы приехали сюда?

— Он спас мне жизнь! – сказал Тин. – Я должен был!