Книга Голос крови. Антология, страница 49 – Эдуард Шауров, Влада Медведникова, Алекс ТекилаZZ, и др.

Дибич усмехнулся, а тихо сидевший в углу молодой человек густо покраснел.

— Так вот, не оказалось в замке наших солдатиков. Ни единого из целого десятка. Тогда селяне обыскали всю округу, но никого не нашли, ни живых, ни мертвых. Вчера же ночью, на этот раз совершенно бесследно, пропали еще две девушки. Такая вот непонятная история. Да, забыл сказать, командовал гарнизоном поручик Соболев.

Дибич внимательно посмотрел на меня. Я кивнул, мол, все понятно. Соболев был мне немного знаком — родом не из дворян, он главной целью жизни считал получение обер-офицерского звания. Заподозрить Соболева в каком-нибудь пьяном загуле, беспутстве, а тем паче в дезертирстве было абсолютно невозможно.

— Слышал я о вас, подпоручик, как о весьма разумном человеке с пытливым складом ума, — продолжал меж тем командир, — так кому, как ни вам, и разобраться в этой истории. Давайте-ка, собирайтесь в дорогу и найдите наших людей, а по возможности, и пропавших девушек. Господин Матьяшко укажет вам путь. Да, и возьмите солдат. Не меньше полувзвода, пожалуй.

Так и получилось, что ночь я встретил во главе небольшого отряда, где унтером был Семеныч — старый вояка, знававший еще моего батюшку. Я и господин Матьяшко ехали верхами, а солдаты — позади на трех подводах. Молодой словак бывал по своим делам в Петербурге, неплохо знал русский язык и забавлял меня в пути местной легендой, смутно вспоминаемой мной по одной из прочитанных в детстве книжек.

В XVI веке замком в Чахтице владела графиня Эржбета Батори, двоюродная сестра короля Стефана Батория. Вместе со своим мужем, мадьярским графом Надоши, она повадилась покупать девочек и молоденьких девушек, якобы для услужения. Вскоре в замке стали происходить несчастные случаи, и похороны случались чуть не каждый день. И вот однажды местный священник отказался отпевать сразу девятерых девушек, якобы погибших под обвалившимся потолком. После того случая собаки начали разрывать в лесу человеческие конечности, а иногда и головы молодых женщин. На останках почти всегда имелись следы ужасных пыток. Слух об этих событиях разлетелся по округе, и среди местного населения, дотоле покорно сносившего мадьярское притеснение, стал зреть мятеж. Власти в Братиславе вынуждены были начать расследование, тем более что и граф Надоши, известный полководец и гроза турок, к тому времени пал в бою. Прибыв в Чахтицу, специально назначенная комиссия обнаружила в спальне Эржбеты тела трех истерзанных женщин. Говорят, все стены в почивальне были забрызганы кровью и мозгом. В ходе дознания был найден дневник графини, который поведал ужасные подробности. Пытки ее носили изощренный характер — одной девушке ока отрезала губы и щеки и заставила их съесть, Другой, за плохо поглаженное платье, отрубила пальцы и сожгла лицо утюгом. Оставшиеся в живых поведали, что прислуживали в замке исключительно обнаженными подвергаясь постоянному насилию со стороны графини и ее покойного мужа. Производились же все эти издевательства с единственной целью — заполучить как можно больше крови молодых женщин, питье и ванны из которой, как надеялась Эржбет, должны были продлить ее молодость. После того, как священник отказался отпевать убиенных, графиня лично расчленяла трупы и заставляла прислугу закапывать останки в лесу. Факты, полученные комиссией, были неоспоримы: более трехсот девушек стали жертвами кровавой красавицы и ее мужа. Публично казнить представителя столь знатного рода было совершенно невозможно, а поэтому Эржбет замуровали в башне собственного замка, оставив лишь узкий проем для передачи пищи. Там она спустя три года и скончалась. Замок же после ее смерти остался заброшенным.