Онлайн книга «Голос крови. Антология»
|
Эррензи отпустил жертву, и та упала, глухо ударившись о камни. Мертвая женщина, без крови, без силы. Тику хотела наклониться и заглянуть в лицо той, что должна была на заре пройти обряд священного брака. В лицо мертвой богине… Но Эррензи перешагнул через тело и привлек Тику к себе. Мгновение он просто смотрел на нее, а потом поцеловал, крепко, и на губах у него был вкус свежей крови, вкус святотатства и силы. Таблица 3 Город Урук горе постигло. Жрица Иннаны, Иннана-Мириту, Не может священный обряд провести. Убита она, и душа отлетела. В ужасе люди столпились пред храмом. «Демоны жрицу Иннаны убили! Пьющие кровь, Что живут близ Урука!» — Так говорили. Царь тогда вышел, встал пред народом. «Их я своею рукой уничтожу! — Так говорил он. — Если всех их убить. Беда обойдет ли Урук стороною?» Гадание начали именем Ану, И к вечеру только явился ответ. «Тебе, царь и жрец, Повелитель Урука, — тебе это слово! Должно тебе провести очищенье. Женщину-демона камнем сковав — Так отведешь ты беду от Урука». * * * В полдень земля и воздух раскаляются так, что трудно дышать, и невозможно даже помыслить о работе. Хочется укрыться в тени жилища, разум и тело ищут прохлады. Когда солнце пылает над головой, города затихают, и не видно работающих в поле. Людей й богов одолевает сон, и они засыпают, чтобы вечером вновь приняться за дела, охоту и войну. Демонов, пьющих кровь, не опаляло солнце. Но привычками они были подобны богам и людям, и потому тоже укрылись в полумраке старого дома. Они заснули в объятиях друг друга на поду, на шерстяных одеялах. Тику проснулась на закате, одна. Воздух был неподвижным и тяжелым, ни дуновения ветерка. В доме уже сгустилась темнота, но она не была помехой для пьющих кровь. Тику окинула взглядом комнату. Одеяла и циновки на полу, расписные кувшины под окном, масляный светильник на низком столике… Ее собственная одежда и украшения, в беспорядке сброшенные у стены. Ей хотелось позвать Эррензи, мысленно или вслух, но она знала — не стоит этого делать. Хозяин не так далеко, она чувствовала его, словно огонек, трепещущий на ветру. Возле реки, или у западного канала… Он скоро вернется. Хозяин никогда не оставлял Тику надолго. Она улыбнулась и отбросила покрывало. Не спеша оделась и собрала украшения. Надела их одно за другим: ожерелье, серьги, браслеты и кольца. Нигде не найти прохлады, даже металл был теплым. Золото, серебро, медь и небесное железо… Отыскав костяной гребень, Тику села у входа. Глядя, как отражается в каналах закат, она расчесывала волосы и улыбалась, ни о чем не думая. Щебень скользил медленно; волосы ее были волнистыми и густыми, она не стригла их уже много лет. Она почувствовала приближение людей, но не удивилась. Люди всегда приходят, чтобы умилостивить демонов. А теперь они будут бояться нас еще больше, Эррензи тоже возвращался. Тику чувствовала его приближение, но он был еще далеко, не виден — лишь мыслью можно дотянуться. Что ж, я сама встречу этих людей. Тику отбросила гребень, поднялась и ступила за порог. Оки поднялись на холм, двое, высокие, одетые, как воины. В кожаных доспехах, с луками, с колчанами, полными стрел. У обоих были распущены волосы, и закатное солнце пылало в глазах. Но на одном было золотое ожерелье и пояс с бахромой, спадающей до колен, и на поясе висела печать. |