Книга Неизбежность, страница 72 – Ева Яма

Город был свободой.

Дворец — клеткой, которую просто научились называть иначе.

— Лира!

Голос Рейнара разрезал это ощущение резко, без предупреждения. Я вздрогнула, как будто меня выдернули из сна.

Он стоял у ворот — собранный, холодный, слишком уместный для этого места.

— О, его величество… — протянула Нора с ленивой насмешкой и преувеличенно склонилась в поклоне.

Я бы улыбнулась, если бы не знала, чем это закончится.

— Вы что, пьяны? — Рейнар скривился, оглядывая нас так, будто перед ним были не мы, а чья-то неудачная шутка.

— А если да? — Нора даже не попыталась смягчить тон. Наоборот — в ней вдруг вспыхнула та самая упрямая дерзость.

Я, напротив, съёжилась. Тепло изнутри резко отступило, оставляя после себя пустоту. Взгляд сам начал метаться — мимо него, в сторону, куда угодно, лишь бы не встречаться с его глазами.

— Нора Беланги, — голос Рейнара стал грозным, но тихим, — тебя ожидает лошадь. Уже минут тридцать.

Он держал себя в руках. Слишком хорошо держал.

Нора на секунду замерла, а потом только хмыкнула — тихо, почти беззлобно.

— Какая забота.

Но спорить не стала. Вместо этого она повернулась ко мне и обняла — резко, крепко, без привычной лёгкости. Словно расставались навсегда. Так, что я на мгновение перестала дышать.

— Не забудь, — шепнула она у самого уха уже без смеха, — я буду ждать полный отчет, принцесса.

Я невольно усмехнулась, уткнувшись ей в плечо.

— Обязательно. Возвращайся скорее.

Она отстранилась, задержала на мне взгляд на долю секунды, а потом развернулась и пошла к конюшне, не оборачиваясь.

Я проводила ее глазами. И только когда шаги Норы стихли, почувствовала, как рядом остался он.

И сбежать уже было некуда.

*****

Плечо обожгло резкой болью — так, что на секунду потемнело в глазах. Пальцы Рейнара впились сильно, почти до хруста, и я поняла: он не рассчитал. Или не захотел. Тело само дернулось в сторону, пытаясь выскользнуть из его хватки, но он только сильнее сжал руку, не давая ни шанса. Дыхание сбилось, стало рваным, поверхностным.

— Ты ведь знаешь правила! — его голос сорвался, ударил так же резко, как его хватка. Рей развернул меня к себе, и я наткнулась на его взгляд — темный, жестокий, с той злостью, которая не кричит, а давит.

Ответ застрял где-то в горле.

Слова были.

Простые.

Очевидные.

Конечно, зна ю.

Правила, запреты, границы — все это вбивали в меня с первого дня, так, что они уже сидели под кожей, как что-то чужое, но неотделимое.

Но сейчас…

Я стиснула зубы, чувствуя, как боль расходится по руке тупыми толчками.

Нора важнее.

Рейнар потащил меня к дворцу так резко, будто за спиной уже что-то рушилось, и останавливаться было нельзя. Пальцы не разжимались ни на секунду, держали крепко, без попытки смягчить, и мне оставалось только поспевать за его шагом, который был быстрым, уверенным для моей пьяной головы. Ноги путались, цеплялись одна за другую. Пару раз я почти теряла равновесие — брусчатка опасно поднималась навстречу, и только его рука удерживала меня от падения. Это злило еще сильнее. Он тянул меня вперед, не давая ни остановиться, ни вырваться, ни даже нормально вдохнуть.

Ночной воздух бил в лицо холодом, постепенно проясняя голову, но вместе с этим по телу расползалась дрожь — тонкая, противная, от которой невозможно было избавиться. Ветер тянул запахи сада — тяжелые, сладкие, почти приторные, — и вместе с ними приносил обрывки голосов.