Книга Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства, страница 21 – Ольга Иванова

Рыцарь Людвиг, привлеченный зрелищем, подошел и выпрямился.

— Марго! Вы создали его! Разрешите протестировать!

— Конечно, я же обещала вам еще утром. – Я подвинула ему одну штучку.

Он съел ее и замер.

— Поразительно! – прогремел потом. – Да это сплошная твердость духа и… и… сладость победы! Я чувствую, как моя решимость крепнет! Я готов сразиться с тремя троллями сразу! Нет, с четырьмя! Это какое-то новое сладкое оружие! Мой вам поклон, Марго.

Я радостно засмеялась и сделала книксен.

Гретта тоже отвлеклась от заказов и остановилась у стойки. Ее глаза прилипли к плитке шоколада.

— О-о-ой, – прошептала она, – Это что так вкусно пахнет?

Бардольф, уже прожевавший свой кусок, кивнул в мою сторону:

— Это наша новоиспеченная колдунья-кондитер. Хвалится.

Гретта, не дожидаясь приглашения, стремительным движением руки схватила шоколадную шишку и сунула ее в рот.

И тут с ней стало твориться нечто необычное.

Она замерла. Ее широко раскрытые глаза слегка закатились от наслаждения. Она медленно прожевала, а потом… закрыла уши руками.

— Тихо! – вдруг сказала она на всю таверну. – Все замолчите на секунду!

В таверне ошеломленно, но послушно притихли. Все смотрели на Гретту.

— Марго, – обратилась она потом ко мне с небывалой серьезностью. – Я каждый день слышу в десять раз больше, чем обычный человек. Голоса, крики, требования, сплетни. Это сводит с ума. А твой шоколад… он как подушка для ушей моей души. Как объятия пухового одеяла.

— Спасибо, – прошептала я, совсем расчувствовавшись. Даже слезы на глаза навернулись. Мне никогда в жизни еще такого не говорили.

Апофеозом же моей первой презентации стал наш гоблин Гога. Он, попробовав шоколад, тоже закрыл глаза и вдруг прочел с чувством:

— О шоколад, ты как луна… такой же темный и нежный! С тобой моя душа… совсем, совсем безбрежна!

В таверне на секунду снова воцарилась тишина, а потом все разразились смехом и аплодисментами.

— Да ты у нас поэт, Гога. – Гретта с улыбкой похлопала его по плечу.

У меня же все пело внутри. Я сделала это. Мой шоколад был не просто съедобным. Он был хорошим и, кажется, даже немного волшебным. И он делал людей немного счастливее. И в этот момент я поняла, что, похоже, нашла свое место в этом странном мире.

Всю следующую неделю мы с Пончиком почти не выходили из дома и занимались тем, что экспериментировали с рецептами Розы и готовили шоколад разных видов. Я окончательно решила, что открытию лавки быть! А значит, мне нужно иметь хоть какой-то мало-мальский ассортимент, который не стыдно представить покупателями Гримуарска. Тем более на меня все возлагали большие надежды, и я не должна была подвести ни их, ни Розу, которая все это чудо оставила мне в наследство.

В общем, мы с Пончиком превратились в неутомимых гномов и ходили обсыпанные с головы до ног какао-порошком и сахарной пудрой. Аромат в доме и лавке стоял соответствующий. Пришлось прикупить рафинада и орешков, чтобы платить домовому Аргентию за помощь в бесконечной уборке.

Выбор сортов шоколада действительно напоминал алхимический эксперимент, а Пончик выступал, конечно же, главным дегустатором.

Дни проходили у нас примерно в таких диалогах:

— Этот с перцем, – объявлял хорек, кашляя сизым дымком. – Назовем «Драконий чих»!