Книга Влюбленный Уайльд, страница 17 – Элоиза Джеймс

— Или можно просто сходить в детскую, — предложила Уилла, — и попросить, чтобы пьесу сыграли актеры, которые действительно знают главного героя.

Леди Ноув обратилась к племяннику:

— Зря ты говоришь, что в пьесе сплошные неточности, это несправедливо. Первый акт начинается с того, что два мальчика сражаются на игрушечных мечах. Вы с Нортом в детстве играли в короля и воина, я очень хорошо помню эти битвы.

— Понятно.

Уилла начинала понимать, что тихий голос не обязательно означает, что его обладатель менее опасен, чем мужчина, который кричит. Раньше она думала, что лорд Аларик раздражен пьесой, но теперь, когда он услышал, что на сцене показывают реальные подробности его жизни, выражение его лица стало по-настоящему угрожающим.

— Кажется, ты очень рассердился, — сказала леди Ноув. — Не стоит. Когда вышла книга «Уайльд в Андах», весь тираж был распродан в первый же день, и говорят, что такой успех отчасти вызван триумфом спектакля «Влюбленный Уайльд».

— Наверное, утомительно иметь так много почитателей, — сказала Уилла, меняя тему.

В это мгновение она вдруг сделала волнующее открытие — лорд Аларик не только возмутительно красив, но его глаза почти… неотразимы. От одной этой мысли ей стало немного не по себе. Этот мужчина знаменит. Знаменит! В то время как она категорически не желала афишировать свою частную жизнь. Тем не менее она стоит, улыбается ему и смотрит на него практически с таким же страстным обожанием, какое побуждало Лавинию тратить карманные деньги на покупку гравюр с его изображением.

— Наверное, леди Грей нас уже ищет, — сказала она.

Лорд Аларик не стал окидывать взглядом комнату, но выражение его лица говорило о том, что если бы мать Лавинии хотела прервать их разговор, она бы уже подошла к ним. Вероятно, он не привык к тому, что женщины обрывают разговор.

Когда подруги отошли на безопасное расстояние от лорда Аларика и его тети, Уилла спросила Лавинию:

— Ты разочарована? Очень часто при личной встрече оказывается, что кумир не так уж хорош. Ты же помнишь, как я была шокирована, увидев мистера Чейзабла, философа из Оксфорда?

— Да, тебе стало противно, потому что у него растут из ушей густые черные волосы, — подтвердила Лавиния. — Но ты видишь во внешности лорда Аларика хоть одну неприятную черту? Я не вижу.

— И я нет, — согласилась Уилла. На самом деле она была так потрясена его обаянием, что до сих пор чувствовала это всем телом. Такого она не ожидала и не предвидела. Но Уилла напомнила себе, что это всего лишь означало, что она принадлежит к женскому полу. И если повторить это самой себе еще несколько раз, то она сможет и впрямь в это поверить.

— Увы, — задумчиво проговорила Лавиния, — я думаю, он слишком мужественный для меня. Слишком совершенный.

— Он не совершенен, — возразила Уилла. — У него есть шрам на лбу и еще один на щеке, разве ты не заметила?

— Я не имела в виду физически. Он умный, но при этом в нем есть что-то почти жестокое. У меня пропало желание любить его до безумия.

Лавиния выглядела разочарованной.

— Но разве это не к лучшему? — спросила Уилла. — Ты же не мечтала сделаться женой путешественника. Вспомни, тебя же ужасно укачивало, когда мы плавали на лодке по Темзе.

— Верно! — В подруге проснулся свойственный ей оптимизм. — Мне нужно будет найти кого-то, кто заберет мою коллекцию гравюр. Теперь, когда я с ним встретилась, я не хочу их хранить. — Она наморщила нос. — Будет странно, если они продолжат висеть на стене моей спальни.