Книга Доктор-попаданка. Без права лечить, страница 44 – ЮЭл

Я расхохотался.

— Монашки… — покачал головой. — Они такие же монашки, как я — священник.

Ух смерил меня взглядом — Ну да, — кивнул он. — Священник из тебя… так себе.

Я усмехнулся, откидываясь в кресле — Так зачем ты за ней охотишься?

Я замолчал на секунду, бросив короткий взгляд на собеседника и уставившись на огонь.

— Она мне нужна.

— Зачем?

Перевёл на него взгляд — Тебя не касается.

И на этом разговор можно было считать законченным. Я не привык делиться планами. Даже с Ухом. Жизнь давно научила держать язык за зубами.

Хотя Ух ни разу меня не подводил. Но даже он умудрился нарушить мой приказ, выведя девчонку из восточного квартала. Просто потому, что считал, будто должен ей.

Я усмехнулся.

— Что делать будем? — снова спросил он.

— Сегодня? — лениво протянул я. — Сегодня я собираюсь выспаться. Желательно… предварительно опустошив вон те две бутылки.

Я кивнул в сторону полупустых бутылок.

— Присоединюсь? — спросил Ух.

— Присоединяйся. Но предупреждаю, я на тебя зол, и твоя морда выводит меня из себя.

Он хмыкнул, наклонился и вытащил из-под кресла ещё одну бутылку. На этот раз запечатанную.

Я прищурился — Ты прямо сейчас стал для меня более привлекательным.

Протянул ему кружку.

— Всегда мечтал нравиться парням, — рассмеялся он. — Но предпочитаю женщин.

— Я тоже, — ответил я, принимая наполненный бокал и снова опустошая его.

Тепло разливалось по телу, притупляя боль. Сегодня я буду спать. Надеюсь, без боли и без мыслей.

А завтра…

Я уставился в огонь, позволяя планам по завоеванию отойти на второй план.

А завтра мне придётся напомнить очередной банде, кто такой Лев.

* * *

От Автора: Драгоценные читатели, пока наш Лев опустошает бутылки, хочу рассказать еще об одной книге, участвующей в нашем мобе.

Ника Цезарь и ее "Вересса. Доктор-попаданка на краю мира".

https:// /shrt/xL7m

Госпиталь мы больше не разворачивали. Прекрасным местом приёма у нас стала кухня, которую мы немного переоборудовали, поставив несколько едва заметных ширм. Мы отгородили несколько зон. Когда приходила проверка, мы рассыпали там муку и делали вид, что готовим хлеб.

Хлеба, кстати, у нас теперь было много. К счастью, и нуждающихся в нём оказалось ничуть не меньше.

Всё чаще стали выезды на дом. И моя маскировка начала приобретать всё более удивительные виды. Если в Восточный квартал я ходила как одна из девиц, коих там сотни, то, выезжая в город, переодевалась то адвокатом, то монахиней, то почтальоном. Каждый раз мои волосы были спрятаны, глаза опущены.

Со слов Виолы, Лев сказал, что он и его команда ищут голубоглазую ведьму-целительницу. И если в ближайшее время она сама не появится у него на пороге — все об этом пожалеют.

Идти сдаваться инквизитору, который планирует сжечь меня на костре, я не собиралась.

К моему величайшему счастью, никто в госпитале тоже не собирался меня выдавать без боя.

Вот только одно дело — если он придёт в монастырь как Леонард Грейвис, без документов и прав. И совсем другое — если заявится как преступник со своей бандой. И тогда, боюсь, никакие законы не смогут защитить ни меня, ни окружающих от его злодеяний.

— Спрячь волосы, — сказала Виола, когда мы шли по ночному городу, едва освещённому лунным светом.

Я протянула руку к монашескому одеянию и попыталась заправить выбившуюся прядь.