Книга Доктор-попаданка. Без права лечить, страница 3 – ЮЭл

Я медленно села, и мир тут же качнулся. Пришлось замереть, дожидаясь, пока головокружение отступит. Слабость, лёгкая тошнота, нарушение координации — всё указывало на возможное сотрясение. Я подняла руки. Те же тонкие пальцы, чужие, но уже не вызывающие паники. Они двигались уверенно. Тремора почти не было.

Ноги тоже откликнулись, пусть и с задержкой. Я осторожно согнула одну, затем вторую. Работают. Судя по всему, обошлось без серьёзных повреждений.

Я коснулась головы и нащупала повязку. Ткань была плотной, наложенной не слишком аккуратно. Под ней чувствовалась тупая боль. Удар.

Логично — учитывая пожар. Я провела ладонью по рёбрам. Боль присутствовала, но не резкая. Скорее ушиб. При переломе вдох давался бы иначе. Значит, снова повезло.

На мне была простая сорочка — цельная, из грубой ткани. Я машинально проверила спину. Закрыта. В современных клиниках подобная одежда чаще доставляла больше неудобств, чем пользы, но здесь всё было устроено иначе — проще, грубее, но практичнее.

Спустила ноги с кровати и осторожно встала. Пол оказался деревянным и холодным. Слабость накрыла сразу, пришлось ухватиться за край койки, чтобы не потерять равновесие. Я подождала, пока тело адаптируется, контролируя дыхание и пульс. Через несколько секунд стало легче. Я сделала шаг, затем ещё один. Движения всё ещё были неуверенными, но управляемыми.

Уже собиралась отдёрнуть ширму, когда услышала позади звук. Глухой, прерывистый хрип, будто человек пытался вдохнуть — и не мог. Я замерла, прислушиваясь. Звук повторился.

Кто-то задыхался.

Я отодвинула ширму и вышла в общий зал. Слабость никуда не делась, но сейчас это было неважно. В нескольких шагах от меня, на койке, лежал мужчина. Его дыхание было рваным, судорожным, грудная клетка двигалась неравномерно.

За секунду оценила ситуацию. Затем быстро подошла к нему, не обращая внимания на головокружение. Пальцы легли на шею. Пульс — частый, слабый. Я провела ладонями по грудной клетке, проверяя дыхание. Одна сторона почти не работала. И никого рядом.

— Медсестра! — крикнула в надежде, что меня услышат.

Нужно было хоть что-то. Огляделась. На ближайшей тумбе лежал скальпель. Рядом стоял стеклянный флакон — по запаху спирт. Схватила скальпель и быстро обработала лезвие.

Дальше взгляд зацепился за капельницу в его руке. Тонкая трубка.

Подойдёт.

Я резко перехватила её и обрезала. Если вывести воздух, он сможет дышать. Времени на раздумья не было.

Еще раз обработала инструмент, занесла его над пациентом, нащупывая пальцами нужную точку между рёбрами.

Уже собиралась сделать разрез, когда чья-то рука резко перехватила мою. Чужие пальцы сомкнулись на запястье, не давая двинуться. Я резко обернулась.

Передо мной стоял мужчина — высокий, широкоплечий. Лицо жесткое, с четко очерченными скулами и прямой линией челюсти. Он смотрел на меня так, будто я только что совершила что-то непоправимое.

И голос его прозвучал тихо, но с такой силой, что всё вокруг словно замерло:

— Что здесь, чёрт тебя подери, происходит?

— Отпустите! — крикнула я, резко оборачиваясь к нему.

Он даже не моргнул. Будто я для него — не больше, чем букашка. Я попыталась оттолкнуть его, но это было всё равно что толкать стену. Он был выше меня на две головы, шире в плечах, и его взгляд — холодный, тяжёлый, без малейшего намёка на сомнение — буквально придавливал к полу.