Книга Приключение в Зиму, страница 56 – Катарина Ёлохова

И я… позволяю ей сделать то, что должно…

Глава 29 АРКАДИЙ

В играх на выживание всегда есть что-то такое притягательное и интригующее, то, отчего невозможно оторваться. То, что щекочет рецепторы и заставляет затаить дыхание в напряжённом ожидании исхода. Даже несмотря на то, что этот исход изначально предопределён.

Но возбуждение вызывает не сама кульминация, а процесс. Потому что именно он рождает непредсказуемость. Именно он показывает, на что готов пойти герой ради призрачной надежды на помилование. И в такие моменты срываются все маски: статус более не значим, равно как и благородство, сострадание, честность, личное достоинство… Остаётся лишь голая звериная натура, совершающая воистину мерзопакостные злодеяния ради зрительских симпатий.

Я видел, как многие воины арены, воспевавшие побратимство, голыми руками раскалывали череп своим собратьям. И всё ради того, чтобы угодить пресытившейся зрелищами толпе.

Я видел, как самые честные оказывались самыми подлыми предателями. Как те, кто свято чтил закон, приступали его первыми, как только подворачивалась такая возможность. Как те, кто презирал униженных, потом унижался сам, ползая на коленях в слезах и вымаливая отсрочку от смерти.

Я видел так много грязных и отвратительных спектаклей, что, по несчастью попав в это стёртое со всех карт место, ожидал увидеть нечто подобное. Особенно, когда повстречал свою старую знакомую.

Лиада из Гнезда Серебряных Драконов. В народе именуемая как «первая блудница Королевства», «презренная полукровка» или «бешеная псина Многоликой». И все эти прозвища она «честно» заслужила своим происхождением и весьма прескверным характером.

Я мысленно готовился увидеть прежнее: неконтролируемые вспышки ярости, истеричные выкрики о её «наивысшем» статусе, о том, как все должны упасть перед ней ниц и целовать отпечатки её ног.

Я уже представлял, как она растратит последние крупицы своего достоинства (которого и так типки[1] наплакали), начав сдуру угрожать, кидаться с кулаками на всех подряд и делать другие непоправимые глупости, из-за которых Владыка ей просто свернёт тонкую белую шею.

Но то, что я увидел, заставило моё циничное сердце пропустить удар.

Ещё в момент нашей встречи меня насторожило то, что она не узнала меня. Меня! Аркадия из Гнезда Золотых Драконов — самого завидного мужчину во всём Королевстве, богатейшего купца и землевладельца (к несчастью, после дяди и отца, но это не суть), выдающегося оратора и потенциального любовника, в постель к которому Наследница так навязчиво стремилась.

Я отлично помню, как ещё лет пять назад она вешалась на меня. Как требовала моего внимания, будто это была её законная привилегия. Как она хитро заманивала к себе в спальню под предлогом найти причину сквозняка. Как заваливала письмами с томными признаниями и мольбами о встречах. Как ставила меня в неловкое положение на приёмах перед другими знатными драконами, устраивая публичные истерики на почве ревности. А однажды и вовсе пыталась опоить меня любовным зельем.

Эта назойливая прилипала за несколько месяцев при дворе выела мне всю душу. Настолько, что я стал появляться в столице лишь по острой необходимости. И то только после того, как тщательным образом убеждался, что мы с ней точно не пересечёмся.