Книга Приключение в Зиму, страница 43 – Катарина Ёлохова

Если они ходячие мертвецы, то вряд ли питаются нормальной «человеческой» едой. Не думаю, что их нефункционирующие желудки, а у некоторых их отсутствие, способны переварить пищу.

В конце концов, я накручиваю себя настолько, что меня начинает подташнивать от тревоги и опасения стать ещё одной изувеченной нежитью. И стоит мне только опомниться, как я уже стою перед массивной каменной дверью с высеченными на ней двумя драконами, сцепившиеся когти которых служат внушительной ручкой. И судя по тому, что их направленный друг на друга огонь описывает далеко не дружескую схватку, меня за этой «плитой» не ждёт ничего хорошего.

— Прежде чем войдёте, госпожа… — за моей спиной раздаётся тихий встревоженный голос Сотиса, отчего мне едва удаётся сдержать реакции собственного тела и не подпрыгнуть от испуга. — Вы должны запомнить одно… — его тяжёлые шаги эхом разлетаются по длинным мрачным коридорам, которые больше напоминают запутанные лабиринты. — Когда Владыка спросит о вашем самом сокровенном желании, скажите, что больше всего на свете жаждете свободы.

— Что вы… — я не успеваю договорить, поскольку загадочный слуга спешно распахивает двери и не совсем вежливо подталкивает меня вперёд… Прямо в логово ненасытного чудовища!..

Глава 22 ЛИАДА

— Лиада из Гнезда Серебряных Драконов! — звучит торжественное приветствие. Оно эхом разносится по огромному, утопающему в мерцающих свечах обеденному залу. И побуждает всех присутствующих — изысканно нарядных гостей, музыкантов в «карнавальных» масках и с узнаваемыми мной инструментами, раскрасневшихся танцоров и неприметных слуг — обратить на меня своё внимание и приостановить свои дела.

Под этими пристальными, насквозь пронизывающими взглядами чувствую себя по меньшей мере диковиной зверушкой, которую совсем скоро подадут на десерт. Но сначала… как следуют раздразнят свой аппетит: вдохнут мой аромат и рассмотрят каждый кусочек тела.

Теперь это объясняет, почему слуги меня так тщательно намывали и наряжали.

Я инстинктивно отступаю, во все глаза таращась на эти расплывающиеся в одну бесформенную кляксу лица. Пытаюсь незаметно отыскать рукой спасительный выход. Но, стоит мне только коснуться холодной поверхности, как моё трусливое бегство тут же пресекается чьим-то глубоким, тягучим и обволакивающим голосом:

— Госпожа, вы так прекрасны, точно утренний рассвет в горах.

Мысленными уговорами заставляю оторвать помутневший взгляд от пожирающей меня толпы, невольно опасаясь того, что стоит мне только отвлечься, как они сразу же нападут и растерзают меня. Прямо как парфюмера в одном небезызвестном фильме. И, сморгнув пелену, фокусируюсь на высоком, широкоплечем мужчине с золотыми волосами и небесно-голубыми глазами. Улыбчивом мужчине, который за несколько секунд нагоняет на меня ностальгическую тоску по тёплому лету, лазурному морю и слепящему солнцу.

— Позвольте вас сопроводить к вашему месту, — тем временем продолжает он. И в пригласительном жесте подставляет мне вытянутый локоть.

Я цепляюсь за него, как за плавучий остров в бескрайнем океане, кишащим самими опасными и кровожадными тварями. И позволяю укрыть от бушующего шторма.

Удивительно, но как только беру незнакомца под локоть, меня тут же накрывает спокойствием, уверенностью и безмятежностью. Так, будто он поделился этими чувствами со мной и вытеснил те, что мешали мне рационально мыслить.