Книга Фермер для городской. Стратегия очарования, страница 55 – Ксюша Федотова

«Любят одних, а женятся на других», — всплыла в голове циничная, но удобная фраза, пока его представительский внедорожник на всех парах несся по загородной трассе. Макс был с ней полностью согласен. Он ведь не виноват, что женат, со всяким бывает. Но он искренне надеялся, что Вика перегорит, успокоится и согласится просто ждать его мифического развода. Может, со временем они даже станут семьей... в каком-то смысле.

Максим тряхнул головой, отгоняя лишнюю философию. Сейчас главное — вырвать её из лап этого деревенского чурбана, а дальше он всё красиво обустроит.

Бросив быстрый взгляд на дорогу, он прямо на ходу набрал сообщение, наплевав на правила безопасности:

Максим: «Я уже в пути, скоро буду. Безумно соскучился, Викусь».

Вика сидела на кухне и молча смотрела на собранный чемодан. В него уместились все вещи, которые она привезла с собой в эту глушь. Всё, кроме одной детали.

На краю стола осталась лежать розовая книжка в мягкой обложке про «30 шагов к новой жизни». Вика не хотела брать её с собой. Книга слишком пахла Гришей, его неловкой заботой, его домом. От этого бумажного прямоугольника веяло такой невыносимой болью, что Вика боялась даже прикоснуться к нему.

В глубине души она понимала, что совершает колоссальную, возможно, самую страшную ошибку в жизни. Разум шептал, что нужно остаться. Выслушать. Перебеситься пару дней, поговорить лицом к лицу, но никак не сбегать вот так, очертя голову.

Внутри неё шла яростная, изматывающая война. Одна половина души отчаянно кричала: «Останься! Он любит тебя! Григорий заслуживает хотя бы одного шанса всё объяснить!» Но вторая, раненая и озлобленная, шипела в ответ: «Ты снова поверила сказкам. Снова дала себя обмануть и растоптать. Беги, пока можешь спасти остатки гордости».

И преодолеть этот ледяной барьер Вика была не в силах.

В детстве ей всегда казалось, что отец предал её. Просто взял и бросил. Он наотрез отказался переезжать в город вслед за матерью, упрямо остался в своей захолустной деревне, развалив семью на куски. Как ни пыталась Вика повзрослеть и переосмыслить ту ситуацию — детская обида никуда не делась. Отец бросил не просто мать. Он бросил её саму, маленькую Вику. И ради чего? Ради старого бревенчатого дома, огорода и копеечной должности сельского учителя? Неужели его собственная дочь стоила в его глазах дешевле, чем эта земля?

А потом каждый мужчина, которого она встречала на своем пути, будто по какому-то злому року повторял этот сценарий, предавая её еще изощреннее. Именно поэтому Вика когда-то и выдумала эту глупость про «венец безбрачия». Свалить всё на проклятие было гораздо легче, чем смириться с жестокой реальностью.

«Тебя никто никогда не полюбит по-настоящему, — ядовито шептал внутренний голос. — Ты всегда будешь на втором месте. Всегда найдется что-то более важное, чем ты».

Так продолжалось до тех пор, пока в её жизни не появился Кузнецов. Такой простой, прямой, надежный, как скала. Мужчина, который говорил то, что думает, и не пытался казаться кем-то другим. Но и его искренность оказалась искусно разыгранной картой. Гриша, точь-в-точь как её отец, променял её на эти несчастные сотки. На проклятую землю.

Круг замкнулся. С чего всё началось, тем и закончилось.

Но уезжать просто так Вика не собиралась. На комоде лежал плотный конверт с документами на оформление участка — она так и не распечатала его. Вика решила, что отдаст их Грише перед самым отъездом. Раз уж он так старательно играл в любовь ради этой земли, раз так изощренно её очаровывал... Что ж, он заслужил свою награду. Пусть забирает.