Книга Дети волков, страница 149 – Вера Бук

Кровь прилила к моим щекам – они мне не верили. Этого следовало ожидать.

— Но комиссар Хофер… – поспешно сказал я, но Джозеф Лаудер меня перебил:

— Его сейчас нет в участке, поэтому офицер не мог его спросить.

— Комиссар Хофер никогда официально не заявлял о ее пропаже, – объяснил я. – Он высадил ее здесь, в этом доме, а потом позвонил антеннщику, и тот сказал, что с Ревеккой все в порядке!

Господин Лаудер нахмурился.

— В любом случае полиция сказала, что если мы хотим заявить о пропаже человека, то должны прийти лично.

Я энергично закивал, хотя мне становилось не по себе от мысли о поездке в полицейский участок в городе и разговоре с незнакомыми полицейскими. Но в то же время я почувствовал облегчение оттого, что супруги Лаудер не посчитали мою историю выдумкой. Кроме того, раз он сказал «мы», значит, по какой-то причине он решил поехать в полицейский участок вместе со мной.

— Винтовку можно поставить в прихожей, – сказал господин Лаудер. – Будет сложно разговаривать, если мы явимся в полицейский участок с ружьем.

Машина Лаудеров – старый «Форд» – пахла псиной. Всю дорогу до участка я молчал, потому что думал о вопросах, которые мне могли задать в полицейском участке. Но в какой-то момент Джозеф Лаудер постучал по окну и сказал:

— Кстати, это тот самый приют для животных, куда забрали волка. Из-за этого было много споров.

После его слов все заготовки ответов вылетели у меня из головы. Я с открытым ртом посмотрел на господина Лаудера.

— Волк?

— Ты упомянул, что тебе не хватает прирученного волка. – Джозеф Лаудер снова постучал по ветровому стеклу. – Если он такой один на горе, то он здесь.

Я был ошеломлен.

— Они его поймали? – спросил я.

— Нет, он появился здесь с маленькой девочкой, которую все теперь называют Волчицей.

Я сразу понял, что он, должно быть, говорил об Эдит. Но в деревне все считали, что Эдит уехала с отцом!

— Как ты, наверное, уже догадался, об этом рассказывали во всех новостях, – продолжал господин Лаудер, а я тем временем продолжал сидеть, потеряв дар речи. – Еще и потому, что никто не знает, кто эта девочка. Но ты ее наверняка знаешь? Она ведь с горы, я прав?

Он искоса поглядывал на меня, и в его глазах искрилось искреннее любопытство. Как будто личность Эдит вдруг стала предметом национального интереса, и он собирается первым разгадать окружающую ее тайну. И вдруг я задался вопросом, действительно ли я могу доверять ему, пусть он и помогал мне.

— Да, конечно, я ее знаю, – уклончиво ответил я, снова вспомнив, как комиссар Хофер просил меня не брать ее в деревню. – А вы знаете, где она сейчас?

— Мне кажется, она все еще находится в психиатрическом отделении клиники. Конечно, я знаю только то, что мы читаем в прессе и о чем говорят люди. По их словам, ребенок все еще находится в клинике, а волка должны были перевезти в другое место. Вчера в приюте произошел какой-то неприятный инцидент, и тогда они подумали о… – Он прервался и посмотрел на меня. Наверное, он думал, стоит ли продолжать, ведь у господина Лаудера у самого была собака.

— Они хотели его застрелить?

— В дело сразу же вмешались защитники прав животных! – поспешил сказать он. – Но я не уверен, выпустили ли они его на волю или перевезли в какой-нибудь зоопарк. В новостях лишь сказали, что он не может оставаться в приюте из соображений безопасности.